Л. Г. Капланов

Тигр в Сихотэ-Алине


 
ОТ   АВТОРА
Предлагаемая статья содержит результаты наблюдений автора за время работы в Сихотэ-Алинском заповеднике и опросные данные иманских охотников. Зима 1940 г. была специально посвящена учету и изучению тигра на западных склонах, зимой 1941 г. исследования удалось продолжить на восточной приморской стороне: однако, полное освещение экологии уссурийского тигра, это≈пока еще вопрос будущего.Выражаю благодарность спутникам таежных походов ≈ наблюдателям заповедника В. Е. Спиридонову и Ф. А. Козину, способствовавшим успешному выполнению работы.

Техника полевых исследований.

Основной задачей, стоящей перед нами зимой 1940 г., был учет тигра в заповеднике. В эту зиму все экскурсии были проделаны мною совместно с младшим наблюдателем Ф. А. Козиным.

Уссурийские тигры ≈ самец и самка (по картине художника В. А. Ватагина).

Нам нужно было покрыть сетью маршрутов, в очень короткий срок (3 месяца), большую часть западной стороны заповедника, хотя бы по основным магистральным естественным путям сообщения (долинам рек) и одновременно длительно передвигаться по следам тигров для наблюдения за их охотой и образом жизни.
Громадная территория Сихотэ-Алинского заповедника (18000 км2) в глубинной части не освоена и абсолютно пустынна. Населенные пункты расположены только на границе его, а редкие убежища (избушки) имеются лишь но долинам некоторых рек, главным образом в Тернейском отделе (по р. Сице-Санхобэ). Единственный в то время путь сообщения, проходящий через заповедник, ≈ вьючная тропа Терней-Сидатун, длиной в 127 км ≈ к началу наших исследований не был еще закончен, так же как не было еще всех этапных избушек. Имелись лишь две избушки, сооруженные для исследований лося в 1937 и 1938 гг. в верховьях Колумбэ и Нанцы, притока Арму, в самой глубине заповедника.
Наша полевая работа составлялась из ряда небольших (до 7 дней) и одной длительной (1 месяц) экскурсий, во время которых все необходимое для жизни и работы в тайге снаряжение и питание должно было быть с нами. Чтобы обеспечить себе максимальную подвижность и быстроту передвижения в зимних условиях, все детали одежды, снаряжения и питания были тщательно продуманы, а вес снаряжения доведен до предельного минимума.
В условиях суровой дальневосточной зимы мы отказались от палатки с печкой,от меховых спальных мешков (кукулей) и нарты и ходили с нодьями*, нося все в котомках на фонагах** на себе. Оба участника работы были одеты в куртки и брюки из шинельного сукна, теплое белье и шерстяные свитеры, меховые шапки, шубные рукавицы, на ногах ≈ ологи из замши. Вместо козьих шкурок и одеял, служащих постелью при жизни в тайге, были взяты легкие (2 кг) кухлянки из молодого северного оленя (неблюя).


* Нодья ≈ особый вид костра (см. сноску на стр. 15).
** Фонага ≈ приспособление для носки грузов, принятое у охотников Дальнего Востока. Узкая доска с плечевыми ремнями и ремешками для прикрепления груза, равномерно распределяемого на спине.


Лагерное снаряжение состояло из легкого топора, двуручной метровой пилы, двух бязевых тентов, двух армейского образца алюминиевых котелков с крышками, двух кружек и ложек. Прочее снаряжение состояло из одного фотоаппарата ФЭД и пленок к нему, хранившихся в резиновой грелке с завинчивающейся крышкой, двух винтовок, маузера и бердана, одного компаса, одних часов, двух ножей, подпилка, одной стамески и одного бруска и двух дневников с карандашами. Не были забыты шило, дратва, иголки и куски замши для починки обуви. Пища, от которой требовалась легковесность и небольшой объем и, одновременно, высокая калорийность, состояла из пресных лепешек, изготовленных из 30-процентной пшеничной муки, меда и коровьего масла без примеси воды, риса, свиного бэкона, сливочного масла, сахара, какао и спирта. Мясо мы добавляли из остатков тигриных трапез и заеденных харзами кабарожек. Вес котомок на каждого колебался от 25 до 10 кг. Для облегчения их веса пришлось отказаться, как от лишней роскоши, от телеобъектива ФЭД, бинокля, запасного белья и умывальных принадлежностей.
По верховьям Имана и левым притокам Кодумбэ, где толщина снегового покрова колебалась от 20≈25 см, доходя в отдельных случаях до 40 см, мы ходили без лыж, а по Колумбэ и Арму, где слой снега составлял 35≈60 см,≈на лыжах удэхейского типа (около 2 м длиной и 13 см шириной), изготовленных из ясеня и оклеенных лосиными камысами. Каждый участник похода имел в руках "кабаргонзу" ≈ легкую еловую палку около 2 м длины с маленькой лопаткой на конце, которая служила опорой при спусках и подъемах на лыжах и для распознавания свежести следов зверей.
В походе по Колумбэ и Арму нас сопровождали две собаки, которых мы вели на поводках. Эти собаки были взяты как неприкосновенный, самодвижущийся запас продовольствия на случай какой-либо аварии или бедствия в тайге (болезни одного из участников экскурсии или выпадения глубокого снега) и для тяги нарты, в случае необходимости изготовления таковой в пути. Кормили мы их остатками добычи тигров, волков и харз.
При непродолжительных экскурсиях следы тигров заводили нас иногда далеко в тайгу, так что два раза приходилось ходить без пищи ≈ один раз сутки, другой раз ≈ двое. В большем маршруте по непредвиденным обстоятельствам пришлось остаться без пищи в течение трех суток.
Отправляясь в большой маршрут, протяжением около 400 км по центральной части заповедника, мы, конечно, не могли унести запас продуктов на все время на себе, и по пути были созданы две питательные базы, куда продукты были завезены заблаговременно. Эти базы были у избушек в верховьях Колумбэ и верховьях Нанцы ≈ притока Арму.
В зиму 1940 г. нами пройдено с котомками пешком и на лыжах 1232 км, совершено 28 ночёвок под открытым небом и преодолено 14 перевалов, из которых некоторые превосходили 1000м над уровнем моря. В январе 1940 г. морозы достигали 48,3° (по данным метеостанции Усть-Колумбэ в Сидатуне). Зимой 1941 г. полевая работа проходила по освоенной и хорошо знакомой территории восточной части заповедника, в бассейне р. Кемы. Здесь я один вел полустационарные наблюдения за образом жизни тигров, но обслуживался в отношении доставки продуктов и переездов с места на место наблюдателями охраны с упряжными лошадьми. Экскурсии проводились в непосредственной близости от домов и избушек с ходьбой на лыжах без груза. В заключение был совершен поход от р. Кемы через среднюю часть восточных склонов по линии кедровников на юг до Тернея, протяжением около 133 км, с пересечением трех хребтов и с тремя ночевками на снегу. Снаряжение было то же, что и в зиму 1940 г., так же меня сопровождала одна собака. При пересечении восточных склонов по резкому крутому рельефу, при глубоком снеге и с часто повторяющимися большими снегопадами, для облегчения веса котомки из продуктов был взят только концентрат, состоявший из какао, сахара и сливочного масла, который растворялся в кипятке. Этот продукт в небольших весовых количествах обеспечивал запас энергии и прекрасное самочувствие при тяжелой и быстрой горной ходьбе на лыжах при сильном холоде.

Распространение тигра на Дальнем Востоке в последние годы

В 1930≈1932 гг. тигр был распространен по Уссурийскому краю и среднему Амуру маленькими группами и отдельными особями, изолированными друг от друга. Обитали они в некоторых районах Южно-Уссурийского края, по Иману, Бикину. Хору, Подхоренку, правым притокам Уссури и по Анюю, Хунгари, Куру, Урми, Бире, Биджану, правым и левым притокам Амура и по р. Тырме бассейна Бурей (11).
К 1940 г. эти сведения о распространении тигра устарели. Число отдельных участков, заселенных тигром, сократилось, а количество особей уменьшилось. Произошло это за счет промысла и естественной убыли. В сезон 1939≈1940 г.г. одиночный тигр был отмечен в окрестностях г. Ворошилова. Самка и. два тигренка отмечены в Черниговской лесной даче, на правой стороне р. Лефу между городами Ворошиловым и Спасском*.
По данным нашего учета (см. ниже) в среднем Сихотэ-Алине, включающем также заповедник, главным образом по бассейну верхнего Имана, на площади около 30000 км2 держатся только 10 ≈ 12 особей различного возраста. На р. Бикин тигр отсутствует уже ряд лет. По сведениям, полученным из Хабаровской краевой конторы Заготпушнины от охотоведа К. Г. Абрамова, в сезон 1939≈1940 гг. тигры были обнаружены в следующих пунктах Дальнего Востока: 1) В верховьях р. Анюй (охотовед Главпушнины т. Шумейко в начале 1939 г. отметил следы небольшого тигра); 2) по р. Сутар (верховья Биры) в Биробиджане (отмечена самка с тремя годовалыми молодыми, из которых двое≈самец я самка≈были пойманы бригадой Хабаровской зообазы; есть предположение, что выводок этот пришел из Маньчжурии); 3) около Теплых ключей в Биробиджане, где зимой 1939 г. был пойман брошенный матерью тигренок 10 кг веса.
Бригада Хабаровской зообазы проводила энергичные поиски тигров по р. Хору и его притоку Матаю, но зверей не нашла. На pp. Бикине, Подхоренке, Оборе охотники тигров не встречали. Эти места находятся довольно далеко одно от другого. Наиболее цельная область обитания тигров на советском Дальнем Востоке располагается по бассейну верхнего Имана и в Сихотэ-Алинском заповеднике, но и здесь плотность населения составляет примерно одну особь на. 2000 км2. Общее же число тигров по всему краю исчисляется немногими десятками особей, вероятно, не более 20≈30 экз.



* Сообщено охотоведом Приморской Крайпушнины А. Кузнецовым.

В Южно-Уссурийском крае и в среднем течении Уссури прежде отмечались случаи переходов тигров через государственную границу из Маньчжурии, но теперь такие случаи мало вероятны, так как полоса близ железной дороги, отделяющая систему Сихотэ-Алиня от пограничной части восточной Маньчжурии, густо населена и представляет собой культурную местность, что не может не отпугивать тигров. Кроме того, долина Уссури ≈ обширное безлесное пространство, через которое тигры, хотя и могут пройти, но, во всяком случае, с большой неохотой. По среднему Амуру такие переходы, по-видимому, более вероятны.
По сведениям, собранным в 1940 г., северный предел распространения тигра на Дальнем Востоке ≈ р. Анюй ≈ 49° сев. шир. По данным 1930 г., собранным Ю. А. Салминым и предоставленным мне для опубликования, граница проходила от Вознесенска на Амуре до Нижне-Тамбовского на Амуре (район pp. Горина и Хунгари), где, по словам местных жителей ≈ нанайцев, за последние 5 лет следы тигров наблюдали два раза. Случайные заходы тигра были известны до оз. Кизи и Хади у устья Амура и севернее р. Биринжи, притока Тырмы (бассейн Буреи). А. В. Афанасьев (4) указывает случай захода тигра летом 1931 г. в верховья р. Амгуни.

Обитание тигров на Имане за последние десять лет (1930≈1940 гг.), промысел и его влияние на популяцию вида.

За последние десять лет тигры постоянно обитали в верхней части Имана у pp. Хантуна, Лючихезы, Анхезы, Сяо-Синанчи и Ороченки. Переехавшие с р. Ното (приток Улахэ) и спустившиеся на Иман по Красной речке староверы в 1929 г. основали в 15 км выше устья Колумбэ на правом берегу поселок "Верхний Хутор" или хутор "Хантун" и застали здесь несколько постоянно обитавших тигров. Поселок этот теперь не существует, но тигры встречаются наиболее часто попрежнему в этой части Имана. Обитали они и в других частях бассейна Имана, по вершине Байцухэ, по pp. Татибэ, Арму, Колумбэ, вершине Найцухэ и по Та-Синанче.
Распространение и места обитания тигров нагляднее всего видны из перечня убитых за последние годы взрослых зверей и пойманных выводков (табл. 1 и схема на стр. 22).

Та б л и ц а 1

Количество убитых тигров
 
Годы
Место
Пол, возраст и вес
Колич.
Кто добыл
1926-1927
р. Бейцухэ, Ту-Нанце
Самка взрослая и 3 тигренка по 20 кг 
4
Ульянов, житель с. Пещерного
1929-1930
р. Та-Синанча
Самка взрослая
1
И. Ловляга из с. Вахумбэ
1932
р. Ямаган, около Пещерного 
Самка взрослая весом 128 кг, 2 тигренка по 6 кг весом (найдены замерзшими)
3
А. Беседа из с. Пещерного
1932
Татибэ
Самец
1
Т. Калугин
1933
Окр. Санчихезы
Самка с 5 эмбрионами
1
Е. Келиндзига
1933-1934
Чичивеза, ниже Вахумбэ
Самка с 2 эмбрионами
1
Кондрат Брыжко из с. Вахумбэ 
11.IV.1939
Татибэ
Самец взрослый (найден мертвым)
1
Ст. наблюдатель А. А. Козин
27.I.1940
Верховья Та-Синанчи
Самец весом 203 кг
1
С. Батрак и Н. Пекник из с. Боголюбовка
20.VI.1940
Верховья Сяо-Синанчи
Самец весом около 240 кг
1
Демчишин и Королев

Количество пойманных тигрят
 
Годы
Место
Пол ВозрастВес
Кол.
Кто добыл
1930
Анхеза
?
?
Ревтовы
1932
Лючихеза 
Маленькие
3
Ревтовы
1931
Татибэ 
Найдены на следу 2 мертвых тощих тигренка
2
Т. Калугин
1932
Татибэ, вершина Ту-Нанцы
 
2
Т. Калугин
1933
Татибэ, в вершине Талингузы
 
3
Т. Калугин и Поздеевы
1932
У Санчихезы (Вахумбинская сопка)
По 50 кг
2
М. и Т. Трофимовы, С. Выглов, Морозеев.
1933
Арму, Бейца
По 50 кг
3
Н. Черепанов. М. Андреев, Верещагин.
1934
Колумбэ, Сяо-Нанча
Маленькие
3
Савицкий из Вахумбэ, удегейцы из Санчихезы
1935
Татибэ, Ту-Нанцы
 
3
Т. Калугин
1936
Иман, в 15 км выше Сигатуна ⌠под Чупом■
2 самца и 1 самка, весом от 12 до 19 кг
3
И. Трофимов. С. Верещагин, С. Выглов, К. Калугин
1938
р. Ороченка, левый приток Имана
2 самца и 1 самка весом от 49 до 56 кг
3
Т. Калугин, В. Андреев, К. Шевкунов и Поздеев


(стр.22) Схема размещения мест отлова и убоя тигров:
1 ≈ места убоя и нахождения мертвых; 2 ≈ места отлова выводков.

За 10 лет было поймано 10 выводков, несколько выводков найдено мертвыми или было убито (в 1932 г. два маленьких мертвых тигренка в Найцухэ); общее число взятых живыми тигрят 40, взрослых тигров≈9 и один был найден мертвым. Из числа взятых выводков в верховьи Имана по Сонанча, Анхезе, Лючихезе поймано 4 выводка, по Арму 1 выводок (в Бейце), по Татибэ 4 выводка и у Вахумбэ и по Ороченке по одному выводку.
Намечаются  два пункта излюбленных гнездований тигров, где часто бывают выводки. Это заставляет охотников предполагать о выводе тигрят одной и той же тигрицей. Нормально самка водит тигрят 3 года, т. е. рождает только один раз в трехлетие. Потеряв детей, она быстро спаривается вновь.
В последние годы перед организацией заповедника, когда все охотничьи угодья были в достаточной степени освоены и посещались людьми, ловля живых  тигрят (из-за высокой стоимости зверей) стала заманчивым видом промысла, при котором вылавливались почти все выводки. В случае убоя взрослых самок, тигрята погибали от голода, и популяция тигров почта не пополнялась. Звери, достигшие преклонного возраста (продолжительность жизни тигров 40≈50 лет), становятся уже неспособными к размножению, чем, вероятно, и можно объяснить наличие холостых самок в настоящее время. Другой причиной может быть также большая редкость отдельных индивидумов, не встречающихся во время течек, что отмечает Ю. А. Салмин (11). Однако, зная способность тигров покрывать за короткий срок  громадные пространства и взглянув на записи о частоте встреч следов тигров разного пола в местах их обитания (например, по верховью Имана), с этим согласиться трудно.

Встречаемость тигров в заповеднике до 1940 г.

За годы, предшествующие организации заповедника, о встрече следов тигра известно следующее.
Зимой 1933 г. бывший директор заповедника К. Г. Абрамов, пройдя из с. Лоухэ на Бикине по ключу Давакци (Тобакчи) и Бейце, притоку Арму, и вниз по последней до с. Лаулю, не видел ни одного следа тигра. В том же году зоолог заповедника Ю.А. Салмин, совершив маршрут по Арму и Нанце, видел следы одиночного тигра (самца) по среднему течению Нанцы и старую тропу тигра по Арму, выше Байлазы. Летом 1933 г.  следы  очень крупного тигра отметила в верховьях Колумбэ зоологическая экспедиция Академии наук СССР с участием К. К. Флерова и Н. Т. Золотарева. В 1930 г. в верховьях Та-Нанчи, притоке Колумбэ, следы  небольшой самки, задавившей лося, видел старший наблюдатель заповедника А. И. Куклин. В 1934≈1935 гг. зимой К. Г. Абрамов и Ю. А. Салмин, пройдя по маршруту Сидатун ≈ Колумбэ ≈ Нанча ≈ Терней, не видели ни одного следа тигра. В 1924 г. следы тигра А. А. Куклин наблюдал в верховьях Туньши-Санхобэ по ключу Кошкину.
Начиная, примерно, с 1925 по 1935 г., по словам кемских и тернейских охотников, следов тигра зимой в самых верховьях Арму-Нанцы и Колумбэ (исключая Та-Нанчу) не было. Зимой 1935≈1936 и 1936≈1937 гг. следы небольшой самки в верховьях Санхобэ, Сицы видел зоолог Ю. А. Салмин. Здесь в 1936 г. она охотилась за кабанами. После 1937 и до 1940 г. ее следы здесь не встречались.
В 1936 г. летом, в районе Лючихезы, сотрудник заповедника Ф. Алифанов наблюдал очень крупные следы тигра. Ежегодно с 1936 по 1940 г. зимой и летом в районе хутора Хонтун, Лючихезы и Анхезы наблюдались следы трех тигров: крупного самца, маленькой самки и среднего зверя (крупной самки). Часто бывали они в низовьях Колумбэ близ приисков, где наблюдались и сами тигры. У одной из этих тигриц в 1936 г. под "Чепом" были взяты тигрята. Тигрята, пойманный в 1938 г., были взяты у маленькой самки, которая ушла вверх по р. Ороченке. С зимы 1938≈1939 г. следы тигров стали наблюдаться и по Колумбэ до устья Та-Бейчи в 27 км от Сидатуна (А. А. Козин и Ф. А. Козин, ≈ наблюдатели заповедника).
В июне и июле 1938 г. группа сотрудников заповедника, поднимаясь вверх по Арму и Нанце до вершины, отметила следы взрослых тигров на Арму выше Байлазы два раза (один раз слышали рявканье тигра) и по Нанце в одном дне езды от устья (А. И. Куклин и А. А. Козин). В феврале 1938 г., по нашим наблюдениям, средних размеров тигр (ширина следа передней лапы 15 см) поднялся  по Нанце, притоку Арму, от устья верхней Сицы до гарей в 5 км от Сихотэ-Алиня, где охотился за лосями и жил несколько дней. 23 декабря 1938 г. средних размеров тигр (ширина следа передних лап 16 см) поднялся по Нанце, притоку Арму, в самые верховья и спустился в Та-Кунжу, приток Кемы, а 1≈2 января 1939 г. спустился вниз обратно по Нанце. В 50 км от вершины Нанцы (выше впадения ключа Сицы) оказалось много троп этого тигра, старые следы и один старый след небольшого тигренка (менее года). В конце декабря 1938 г. в вершине Колумбэ в гарях выше больших солонцов нами наблюдались следы некрупного тигра. 9 марта 1939 г. отмечен след тигрицы с двумя маленькими тигрятами. Звери вышли из р. Ороченки и ушли в ключ Анхезу. До этого тигрица жила в развилках Сяо-Синанче, в 20 км от устья (Ф. А. Козин). 18 мая 1939 г. Ф. А. Козин, придя в Сяо-Нанчу на 97-й км тропы на солонец "Минеральные воды", застал здесь съеденную тигром в конце зимы лосиху и неподалеку две большие кучи помета, куда, видимо, много раз в одно место испражнялись тигрята. Размер экскрементов был не более собачьих. 4 июня тигрица повторно приходила на это место. 15 апреля 1939 г. след тигрицы с одним маленьким тигренком вышел с левого берега Колумбэ, перешел ключ Жданова и ушел к Та-Бейча (старший наблюдатель заповедника И. Середа). 11 июня 1939 г. по р. Татибэ в 40 км от с. Сибичи найден совершенно свежий мертвый крупный самец тигр, без внешних повреждений, и отмечены следы среднего зверя, видимо, самки (А. А. Козин).
Наблюдения от 9 марта, 18 мая и 15 апреля 1939 г. относятся к одному и тому же выводку. Вероятно, один из тигрят погиб до 15 апреля 1939 г.; дальнейшая судьба выводка нам неизвестна. Тигрица имела небольшой след. Итак, мы видим, что с 1935 по 1940 г. тигры обитали по западному склону заповедника постоянно по верховьям Имана у Анхези, Лючихезы и в низовьях Колумбэ и по   среднему течению Арму и Татибэ, откуда они проникали в самые верховья Арму, в Нанцу и Колумбэ до Сихотэ-Алиня, а в отдельных случаях опускались по восточному склону, по Сице-Санхобэ, Кеме, речкам Та-Кунже и Таратай. В 1940 г., впервые за 25 лет, целое семейство тигров, покинув верховья Арму-Бейцы,  обосновалось в Кеме. Сейчас они живут по бассейнам Кемы и Белимбе, посещая и западные склоны.

Учет тигра в 1940 г.

Учет тигров проводился зимними маршрутами, захватившими, за небольшим исключением, почти всю территорию Сихотэ-Алинского заповедника и значительную часть смежных участков.  Предлагаемые сведения с 1 декабря 1939 г. по 15 марта 1940 г. охватывают почти всю центральную часть  среднего  Сихотэ-Алиня, площадью в 30000 км2, включая бассейны Имана и Бикина, и морское побережье от Тернея до Кхуцина. Для учета было совершено 8 больших пересечений по долинам рек и около 30 переходов и мелких экскурсий, общим   протяжением около 3000 км. В основу обследования вошли экскурсии, протяжением 1.232 км, Л. Г. Капланова и наблюдателя заповедника Ф. А. Козина и экскурсии старших наблюдателей В. Е. Спиридонова и А. А. Козина, и девяти тигроловов Хабаровской зообазы. Также были использованы данные, полученные другими наблюдателями заповедника,  иманскими охотниками, и охотоведом Иманской межрайонной конторы Заготживсырье т. Шило. При работе отмечались все следы и переходы тигров в районе наших наблюдений и в района деятельности тигроловов Хабаровской зообазы, наблюдений охраны и других лиц. Каждый замеченный след измерялся, устанавливались индивидуальные особенности его обладателя, и определялся пол. Путем сопоставления наблюдавшихся в заповеднике и на смежных территориях переходов тигров в соответствующие даты, удалось проследить передвижение отдельных особей на большом протяжении и приблизительно установить, где находится каждая отдельная особь.
Ходьба по следам тигра на снегу раскрывала повседневную его жизнь, объекты добычи и способы охоты хищника, позволяла установить размеры  территории охоты и точно  определить численность тигров.

Определение количества тигров в сезон 1939≈1940 г. на обследованной территории

Основываясь на полученных   данных (см. приложение) и нашем знакомстве с экологией зверя,  размерами  охотничьей территории  каждой отдельной особи  и протяжением переходов, а также учитывая распределение тигров на этой территории за последние 10 лет, состояние и характер промысла и убыли зверей, мы определяем общее поголовье тигров в указанной части Уссурийского края в 10≈12 особей, а вместе с убитыми в 1940 г. в 12≈ 14 особей. По отдельным участкам они распределялись следующим образом (см. схему на стр. 25).
Колумбэ: 1) Самка старая холостая, весной ушла из заповедника в Сяо-Сина-чу.
2) Самец, ушедший вверх в начале января. Вполне возможно, что это тот же, следы которого мы видели в конце февраля в вершине Нанцы Арму, и что он же был 16≈18 февраля в Кеме.
Арму ≈ верховья Нанцы и Бейца, по ключу Дэупихэ и речке Чанзе.
Кема: верховья Та-Кунжи и Таратая, правое Ахте, Тенигуза, Изюбревый ключ, Кема от 27 км до Ясной поляны.
3) Самец старый.
4) Самка старая.
5) Тигренок годовалый, при нем самец 3 лет (убит В. Е Спиридоновым, старшим наблюдателем заповедника).
6) Самка 3 лет.
7) Самка 3 лет.
Вне заповедника. Та-Синанча. 8) Самка холостая.
Сяо-Синанча. Старый самец, убитый в вершине Та-Синанчи 27 января.
9) Старый самец, ушедший в Сяо-Синанчу 1 февраля.
Речка Шубиха (левый приток Имана, в верховьях).
10) Самец.
11) Самка.

Среди 10 или 11 обнаруженных зверей: самцов взрослых 3 или 4, самок взрослых 4, самок молодых 2 и тигренок 1; из этого количества к 15 марта в заповеднике или у самой границы его находилось 4 или 5 взрослых тигров (1 или 2 взрослых самца, 1 взрослая самка, 2 молодых самки) и 1 тигренок. Могли остаться необнаруженные самки с молодыми, обитающие в участках, богатых пищей, и потому не дававшие следов на большое расстояние, но количество этих особей незначительно, и мы не строим никаких догадок по этому поводу.
После учета 20 июня 1940 г. в верховьях Имана, по Сяо-Синанче был убит еще один крупный самец. Учтенное количество сократилось, таким образом, еще на одну особь. Всего в 1940 г. в среднем Сихоте-Алине было убито три самца ≈ один в Та-Синанче, один в Сяо-Синанче по притокам Имана, и один в Кеме.
Зимой 1941 г. мы обнаружили на восточных склонах заповедника в бассейне Кемы взрослого самца тигра, совершавшего переходы также по Белимбэ, Арму и Колумбэ. Кроме того, в начале и середине зимы (20.XI. 1940 г. и 7.I. 1941   г.)   наблюдатель А.А. Перфильев отметил следы двух тигров разных размеров (вероятно, 4-летние самец и самка), ходивших вместе по р. Белимбе. Здесь они опускались до "нижней базы" в 26 км от моря. Одновременно в районе верхнего Имана следов тигров стало значительно меньше. Ф. А. Козин в июле 1940 г. видел следы, а в сентябре самого тигра близ хутора Хантуна. 12 октября следы тигра на тропе в 12 км от устья Колумбэ видел я. За зимний сезон 1940≈1941 гг. переходы тигра у верхнего Имана были отмечены трижды: по Колумбэ и Сяо-Наяче и в Лючихезе. В ноябре 1940 г. и в феврале 1941 г. зарегистрированы заходы тигра в верховья Сицы-Санхобэ (по ключу Якова до 68 км тропы Терней ≈ Сидатун) и у ключа Медвежьего (вероятно самки).

Питание и образ жизни

Тигр добывает: кабана, изюбря, пятнистого оленя, косулю, кабаргу, зайца, медведя, рысь, волка, рябчика, а также рыбу. Основой питания уссурийского тигра принято считать кабана. Разберем поэтому распределение и динамику этого вида в заповеднике.

(стр. 25) Схема распространения тигров, глубина снежного покрова и маршрутов обследователей:
1 ≈ границы заповедника; 2 ≈ маршруты обследователей; 3 ≈ распространение тигров в январе, феврале и марте 1940 г.;
4 ≈ глубина снегового покрова в январе, феврале и марте 1940 г.

Кабан питается в основном кедровыми орехами и желудями, а в годы их неурожая ≈ хвощом, зимними осоками, корнями леспедеции, побегами кустарников, например актинидии (зимние корма); летом поедаются также корни растений, насекомые и их личинки, ягоды, рыба и другая животная пища. В соответствии с распределением насаждений,   кабан  занимает главным образом низовья рек восточных и западных склонов, где обитает по пологим склонам невысоких гор, занятых кедровыми насаждениями, и маньчжурскую урему (забоки), густо покрытую зарослями хвощей, более обычных на западных склонах. В зависимости от урожаев кедрового ореха и желудей ареал кабана в заповеднике изменяется.
Восточный склон Сихотэ-Алиня в границах заповедника экологически благоприятен для обитания кабана, так как имеет большую площадь чистых кедровых насаждений (чаще плодоносящих), чем на западных. Кроме того, он отличается широкой полосой дубовых лесов по  берегу моря и большой примесью дуба в насаждениях, но меньшей площадью зарослей хвощей. Восточный склон в большинстве случаев малоснежен, а иногда совсем бесснежен, что очень облегчает зимой доступ диким свиньям к желудям, кедровым шишкам и хвощам. На западных склонах обычен постоянный снеговой покров от 20 до 70 см; встречается незначительное количество дубняков, и то лишь в самых низовьях. К моменту организации заповедника численность кабана на Имане была значительно больше, чем у моря, что зависело от степени интенсивности промысла и освоенности охотничьих угодий  в предыдущие годы.
Так как условия обитания кабана на западных и восточных склонах различны, то разнилось и биологическое состояние популяции. В один и тот же год (как было в 1939≈1940 г.) в середине зимы кабаны на Имане были худыми, а на морском побережье ≈ сытыми и жирными. Упитанность определяет жизненную сопротивляемость стада и размножение его в последующий сезон. Стада кабанов в районе заповедника вследствие этого периодически изменяют свою численность, сильно сокращаясь в годы выпадения глубокого снега, когда от истощения, голода, хищников и промысловой деятельности человека гибнет большая часть популяции, особенно молодняк. Такого минимума этот вид  достиг в частности в 1935 г. Очень глубокий снег на обоих склонах (в устье Колумбэ, 94 см в марте) в сочетании с интенсивным и хищническим промыслом  (много убитых кабанов осталось невывезенными из тайги) сильно сократили их поголовье. К 1940 г. количество кабана стало неуклонно возрастать, и в 1941 г. на западных склонах он встречался в небольшом числе по Лючихезе (здесь кабан бывает многочисленен только в годы урожая кедрового ореха, так как тут расположены лучшие кедровые насаждения и беличьи  угодья верхнего Имана). По низовьям Колумбэ ≈ в небольшом числе, очень многочисленен был по Тянгоу и до нижнему течению Арму на 50 км и в ее притоках (Большой и Малой Сибичи, Микуля, Байлаза) и меньше по Ханхезе. Огромные стада кабанов (на протяжении многих километров снег был сплошь изрыт и истоптан ими) встречались по нижнему течению р. Татибэ и ее притокам на 40 км от устья. Очень многочисленен стал также по восточным склонам (по среднему течению Сицы-Санхобе, Туньши, Белимбэ и особенно Кемы, по Та-Кунже, Таратаю и самой Кемы на 60 км от моря). Здесь зимой наблюдались табуны по 60 и 100 особей. Кабан обычен также по морскому побережью в дубняке.
Вторым, важным для питания тигра видом является изюбрь. Он также широко распространен в заповеднике, обитая как в кедровых, смешанных, хвойных лесах, так и на горах; на западных склонах особенно охотно придерживается  уремы, питаясь здесь хвощами. Изюбрь населяет весь заповедник более равномерно, но живет, главным образом, по Колумбэ (в ее среднем и верхнем течении), по Арму от Санчезы до устья, на гарях  восточных склонов Иодзыхэ и Кеме, в районе  солонцов по Белимбэ и очень обычен в дубняках близ моря, по границе заповедника.
Не менее важен для питания тигра также и лось. Он постоянно населяет только прилежащую к Сихотэ-Алиню зону охотской растительности, главным образом на западных склонах по верховьям Лючихезы, Сяо-Нанчи, особенно обилен по Та-Нанче, верховьям Колумбэ и верховьям Арму-Бейцы. В верховьях  Арму-Нанцы его меньше; в заповеднике наибольшее количество лося обитает по Бикину, Чинге и другим его притокам.
Медведей как бурого, так и черного в заповеднике очень много. Трудно сказать, насколько часто они становятся добычей тигра; во всяком случае, специализировавшийся по этому объекту зверь может их отыскать в любое время года и в нужном количестве.
О питании тигра удалось собрать следующие материалы:

1. 15 февраля 1940 г. я наблюдал по следам на снегу охоту одиночной тигрицы за взрослой медведицей, лежащей в берлоге. Тигрица до 6 февраля шла от Колумбэ косогором и пересекала пологие носки, избирая наиболее мягкий рельеф, и вышла на хребет, разделявший Нанчу и Та-Нанчу (левые притоки Колумбэ); ход ее был прямолинеен. Выйдя на хребет, тигрица под прямым углом к направлению своего хода повернула влево под косогор (в северный склон Нанчи) и мелкими шагами, крадучись, подошла в стоящему в 50 м от хребта кедру, под которым находилась берлога. Берлога мелкая, земляная, небольшая с одним отверстием на север. Дальнейшее происходило, видимо, так: тигрица подкопала с противоположной стороны берлоги дыру и в нее пугала медведицу, поочередно подскакивая то к челу берлоги, то к выкопанному  отверстию. Улучив момент, она ударом лапы схватила медведицу за одну из передних лап, выдернула ее наружу, и видимо, быстро и без возни закусила в шейные позвонки у затылка. На одной из передних лап медведицы была вырвана кожа подошвы и разорваны пальцы. На стволе кедра у чела берлоги в нескольких местах остались царапины от когтей тигра, глубоко прорезавшие кору и древесину, а вокруг кедра небольшая утоптанная площадка со следами крови. Медведицу тигрица стащила немного вниз и съела целиком за несколько дней, оставив голову, передние и задние ноги с трубчатыми костями (головки у сочленений разгрызаны) и клочья шерсти. Все остальное вместе с костями, внутренностями и кожей было съедено. Рядом и на тропе в 10≈15 м было несколько куч испражнений. Медвежата в возрасте 1 года, весом по 30 кг, видимо, были задушены прямо в берлоге (прокусаны черепа), так как стены и потолок оказались забрызганы кровью; медвежата теплыми были снесены вниз, метров за тридцать, где и положены нетронутыми под елочкой. В стороне от трупа следов не было, так что тигрица все время лежала перед берлогой, побыв здесь не менее 8 суток (с 6 по 13 февраля). Медведица некрупная, не более 80≈100 кг. Ушла тигрица к Колумбэ, придерживаясь направления своего следа.
2. Экскременты тигра, найденные  17 февраля 1940 г. на 45 км р. Колумбэ, содержали шерсть изюбря.
3. Экскременты тигра, найденные 2 марта 1940 г. в среднем течении Нанцы-Арму, содержали шерсть лося и осколки трубчатых костей 2≈5 см в поперечнике.
4. В желудке  убитого  16  февраля 1940 г. в Кеме тигра и в многочисленных экскрементах тигров, найденных на льду реки, была только кабанья шерсть.
5. 1 февраля 1940 г. крупный самец-тигр близ устья Лючихезы, в долине Имана, немного свернув со своего пути, подходил к остаткам молодой рыси, занесенной снегом. Вероятно, это  была добыча тигра. Остались голова, хвост и обрывки шкуры.

Чело медвежьей берлоги под кедром, из которой тигрица вынула зверя (фото автора).

6.  Кема, близ Сяо-Кунжи, 9 января 1941 г. найдены остатки кабарги, съеденной тигриным выводком.
7.  Там же, 9 января 1941 г. был найден полусъеденный изюбрь, близ которого находился тигриный выводок.
8. 13 января 1941 г. близ устья Сяо-Кунжи найдены остатки 3-годовалого кабана, съеденного тигриным выводком. Остались голова и ноги. Сюда же был принесен тигрицей пойманный ею метров за 200 поросенок.
9. 15 января 1941 г. Та-Кунжа, Кема. На льду реки найден помет тигра-самца, состоящий из кабаньей шерсти.
10. 9 февраля 1941 г. вверх по Сяо-Кунже найдена взрослая дикая свинья.
11. 9 февраля 1941 г. вверх по Сяо-Кунже найдены остатки изюбря, съеденного тигриным выводком.
На медведя тигр охотится не так редко, как можно было бы предполагать. 9 ноября 1940 г. наблюдатель В. Спиридонов отметил, что шедший вниз по Кеме, до ее притока Чимы, тигр, дойдя до следа медведя, пошел за ним. В трех случаях в середине зимы приходилось отмечать бродящих  по глубокому снегу бурых медведей в тех районах, где поблизости были замечены следы тигров. Это могло быть случайным совпадением, но также можно предполагать, что медведь был выгнан тиграми из берлоги, причем взять их хищникам почему-то не удалось.
Считаю необходимым привести наблюдения, чтобы обратить внимание натуралистов на подобные факты в дальнейших исследованиях.
26 декабря 1938 г., в верховьях Колумбэ, я встретил свежий след среднего медведя, шедшего по льду реки вниз. Тут же был след тигра, ходившего несколькими днями раньше и ушедшего туда, откуда пришел медведь (из Малой Колумбэ). В декабре 1940 г. по р. Чиме, левому притоку, вне заповедника бродил крупный медведь, уже по значительному снегу. В начале декабря по Чиме проходил тигр-самец (наблюдал В. Е. Спиридонов). В январе 1941 г., близ устья Та-Кунжи, притока  Кемы, я встретил следы очень крупного бурого медведя; этот зверь, наткнувшись на тропу тигриного выводка, бросился от него вскачь. В другом месте он наткнулся на след тигра-самца и также свернул со следа.
При хождении по следам тигров, удалось выяснить ход их охоты за лосями, изюбрями, кабанами и медведями. Происходит это так: тигр идет по следам зверя и, добравшись до свежих следов, заходит с подветренной стороны на его путь, где и залегает, ожидая приближения жертвы. Вероятно, охоты тигра происходят ночью, когда ему легче остаться незамеченным. Иногда он спугивает зверя при подходе и тогда бросается прыжками в погоню, обычно безрезультатно и прекращает преследование через 100≈200 м. Любую добычу тигр умерщвляет почти мгновенно, прокусив шейные позвонки жертвы у затылка клыками, достигающими 6 см длины. Только крупные медведи, из-за своего толстого загривка, не могут быть убиты сразу. Долго по следам зверей тигр не ходит, исключение составляют только табуны кабанов. Охотничий путь его, во время которого он иногда ловят добычу, непосредственно наткнувшись или подкравшись к ней, более или менее прямолинеен. Летом тигр караулит зверей, особенно изюбрей, на затонах, куда они приходят кормиться и на водопой, и, особенно охотно, на солонцах. Солонцы тигры посещают очень часто и зимой и летом, как впрочем, и другие хищники ≈медведи, волки, рыси. С 1940 г. следы тигров часто наблюдались на больших колумбинских солонцах.
Тигр-самец или холостая самка, поймав добычу весом в 100≈150 кг, и обычно до этого несколько дней ничего не евши, нажираются и лежат около нее по 5≈6≈10 дней, совершенно на давая следа в стороны; тут же в непосредственной близости испражняются; летом, естественно, зверь еще ходит на ближайший водопой. Крупного зверя тигр съедает целиком с кожей, или же оставляет лапы, копыта и голову. При еде тигр разгрызает даже трубчатые кости лося. Съев добычу полностью или оставив часть мяса, зверь отправляется в путь по своему охотничьему участку. Первое время он валяется на снегу через каждые 100≈200 метров, оставляя пятна крови на отпечатках тела, почему можно определить, что зверь недавно пошел от добычи. Тигр часто ложится на брюхо, мочится, испражняется, скребет лапой снег и землю и, пройдя так десяток или больше километров, ложится где-либо на солнцепеке в участке, открытом от деревьев. В ночное время, наоборот, он избирает для отдыха плотную чащу ельников, где на несколько градусов теплее, чем в редких насаждениях. Следуя по льду реки, тигр для кратковременного отдыха забирается на берег в чащу, имея открытый обзор реки на большом расстоянии и лежит тут на брюхе, вытянув вперед передние лапы. Тигры, как взрослые, так и молодые, очень любят греться на солнце, для чего часто избирают крутые и скалистые открытые склоны, занятые гарельниками. После отдыха, который продолжается 12 и более часов, зверь снова пускается в путь и лишь изредка прерывает его, валяясь  на снегу. В заповеднике, где зверей не беспокоят, они наиболее охотно пробираются

Лежка тигра на снегу. Река Колумбэ (фото автора).

по льду речек, особенно залитых наледью, а если снег на льду глубок, зверь следует берегом под защитой хвойных насаждений, так как там меньше снега и легче итти. Этот путь с периодическими отдыхами, а иногда и без остановок, тигр продолжает несколько суток и покрывает многие десятки километров. В сутки он проходит 20≈50 км, а, по Н. А. Байкову (6), даже 100 км, и вся зимняя жизнь одиночного тигра проходит в чередовании длинных путешествий по нескольку суток, в пожирании пойманной добычи и отдыхе около нее в течение 5≈10 дней, в зависимости от ее размеров. Исключение составляют спаривающиеся звери; в это время, которое по Ю.A. Салмину (11) может приходиться на любую часть года, но чаще падает на зиму, самец и самка живут на ограниченном участке и в течение нескольких дней истаптывают его своими тропами и следами настолько, что неопытный человек может подумать, что тут их целый десяток. Место такой свадьбы в марте 1937 г. у речки Ороченко видел Т. Яковлев, проводник разведочной партии Союззолота.
Иногда тигр, убив добычу, оставляет ее нетронутой, чтобы затем вновь вернуться в ней. Он также периодически посещает места своих прошлых удачных охот, где его жертвы были начисто съедены. Размеры охотничьих участков отдельных особей очень велики ≈ тигр прирожденный бродяга.
Холостая тигрица в зиму 1939≈1940 г. побывала вверх по Колумбэ до 58 км от устья, по Та-Нанче на 78 км тропы Терней≈Сидатун, в Нанче сверху донизу, по Сяо-Нанче в Лючихезе, Анхезе, несколько раз на правой стороне Колумбэ, возможно до речки Куалы и на левой стороне Имана в Сяо-Синанче. Размеры этого участка не менее 60 X 70 км.
Взрослый самец, обитавший в Кеме зимой 1941 г., ходил по р. Чиме, левому притоку Кемы, в 24 км от моря (вне заповедника), затем ушел вверх по Кеме и ее притоку Та-Кунже, впадающей в Кему в 50 км от моря. По Та-Кунже этот зверь без остановок ушел вверх по ключу Иванютину в направлении к Сихотэ-Алиню. Несколькими днями позже этот же тигр спустился с правой стороны Кемы ключом Сяо-Кунжу,   причем,   чтобы   попасть туда, ему надо было пройти на западные склоны, пересечь участок бассейнов Арму, Колумбэ, вновь пересечь Сихотэ-Алинь, спуститься в Белимбэ и уже оттуда попасть по Сяо-Кунже в Кему. После этого он ушел вверх по Кеме и по Сице-Сланцевой, впадающей в нее справа в 80 км от моря, вновь перевалил Сихотэ-Алинь и 20 января опять спустился па Кему справа ≈ ключом Куймо, притоком   Сяо-Кунжи, опять-таки из бассейна Белимбэ. Отсюда он опять ушел вверх по  Кеме на 80 км, затем далее, вероятно, до верховий, а пятью днями позже, 29 января, спустился Кемой вниз ниже правого Ахтэ, где и исчез из моего поля зрения. Примерно за два месяца этот зверь исколесил огромное пространство тайги обоих склонов, большей частью обитая все же в бассейне Кемы, и покрыл тысячу и более километров на пространстве 80 X 40, а может быть и больше километров.

(стр. 30) Схема переходов самца тигра в бассейне р. Кемы с начала декабря 1940 г. по 9 февраля 1941 г.

Во время своих переходов, тигр идет не только ночью, но и днем, и проходит без внимания мимо свежих следов копытной дичи или  непосредственно встреченных зверей. Можно предполагать, что летом тигры живут более оседло, не совершая таких огромных переходов, но летом и осенью 1940 г. на восточных склонах следы зверей были встречены в очень отдаленных друг от друга точках:  в верхнем течении Кемы, у развилов Та-Кунжи, в 22 км от Кемы, в верхнем и среднем течении Белимбэ и в низовьях Кемы и Белимбэ, всего в 10≈20 км от моря. Количество тигров в заповеднике не так велико, чтобы можно было думать, что во всех этих пунктах были разные звери.
Исключительная способность одиночных тигров, по крайней мере зимой, покрывать огромные пространства и находиться длительное время в движении ≈ свойство, способствовавшее сохранению вида до наших дней. Будь этот зверь более оседлым, что в условиях Сихотэ-Алиня вполне допустимо благодаря обилию кормов, он был бы истреблен гораздо скорее. К тигру не применимы обычные приемы зимней ружейной охоты на крупную дичь из-за его подвижности и невозможности догнать зверя. Добыча бывает только случайной, а пассивный способ (настораживание ружей) имел на охотничьей территории ограниченное применение из-за редкости зверя. Наконец, мне удалось подметить, что свои большие переходы тигры совершают обычно под выпадающий снег; так дважды повторял зимой 1941 г. самец, за которым я вел наблюдение в Кеме. В этом сказывается инстинктивное стремление зверя скрыть свои следы, что достигается также и его громадными переходами. Такие передвижения на больших пространствах служат поводом к тому, что охотники, видя следы через короткий промежуток времени в отдаленных друг от друга пунктах, преувеличивают количество зверей, обитающих в их районе.
Все тигры, обитающие в заповеднике, периодически покидают его пределы. Пройдя по какой-либо части своего охотничьего участка, тигр вновь проходит этим же путем через некоторое время в том же или противоположном своим следам направлении. На этом свойстве зверя была основана его добыча настороженными ружьями (запрещенный ныне способ).
Тигры одинаково охотно ходят как по кедровникам и ельникам, так и по открытым гарям, занятым лиственным мелколесьем или дубняком с орешником, куда их привлекают держащиеся здесь в массе изюбри и лоси.
Наиболее обычным местом обитания тигров являются долины рек и маньчжурские уремы, но они ходят и по горам, переваливают высокие хребты до 1600 м над уровнем моря, предпочитая все же проходы по наиболее пологому рельефу и в низких седловинах.
Самки, имеющие тигрят, ведут несколько иной образ жизни. По всей видимости, тигрица не имеет постоянного логова, в котором ее дети живут длительное время. Произведя на свет тигрят в каком-либо укромном месте, мать оставляет их здесь до тех пор, пока они питаются только молоком. Тигрята очень рано приобретают способность следовать за матерью, сначала на небольшое расстояние, а затем и на многие километры. 20≈30-дневные тигрята весом в 6 и даже меньше кг уже самостоятельно ходят по снегу я залезают на деревья. Лазают по деревьям и 2-летние звери весом до 60 кг, но взрослые этого не делают. Оставив тигрят, мать идет на охоту и, поймав добычу, возвращается за ними и ведет их за собой к мясу, мать оставляет их здесь, где они и живут, поедая добычу. Маленьких тигрят, месяцев до 6, мать не бросает надолго одних, но детей более старшего возраста, покидает на 5≈6 дней, а двухгодовалых даже на две недели. Если тигрята невелики, мать не переводит их с места на место, а к одной задавленной добыче подносит новую. Ф. А. Козин видел близ Анхезы вслед за убитым изюбрем принесенных для тигрят кабаргу и дикого поросенка. У мяса тигрята утаптывают большое пространство, играя близ добычи и обкусывая при игре прутики или веточки. Тигрица рыщет в это время в поисках новой добычи, совершая большие охотничьи переходы. Если ей долго не удается добыть мяса, что, пря обилии зверя в уссурийской тайге и исключительных охотничьих способностях тигра, вероятно, случается очень редко, то тигрята, съев принесенную добычу, голодают и начинают грызть даже гнилушки. При большом количестве зверя, особенно кабанов, тиграм нет нужды совершать большие переходы, и выводок может обитать долгое время на ограниченном пространстве. Охотники-тигроловы обычно обнаруживают выводок, когда мать переводит тигрят к новой добыче. Трехлетние тигрята, вероятно, все время следуют за, матерью, сопровождая ее при охотах. При более молодых детенышах, тигрята разыскиваются по следу самки, для чего идут ей вслед или в пяту, до тех пор, пока не найдут выводок или не выяснят, что тигрица холостая.
Иногда для этого требуется 8 суток непрерывного хода.
Выводок, найденный мною 9 января 1941 г. на правом берегу Кемы в 46 км от берега моря, в пойме реки близ устья Сяо-Кунжи, состоял из трех тигрят в возрасте нескольких месяцев, весом около 20≈30 кг и длиной около метра, среди них двое, различавшиеся по размерам, вероятно, были самец и самочка; третьего пол неизвестен.

След тигра, тащившего по снегу тушу кабана (фото автора).

Выводок длительное время жил в одном месте на ограниченном участке, и по следам на снегу я смог восстановить их жизнь за время с 24 декабря 1940 г. по 15 января 1941 г. Видимо, где-то поблизости тигрица и родила своих детей, так как еще в июне 1940 г. наблюдатели В. Е. Спиридонов и П. Л. Косюк в 5 км от этого места вверх по Сяо-Кунже слышали троекратный рев тигра, напоминавший несколько рев быка изюбря, только без "развода" в конце. Возможно, что это тигрица выражала недовольство пребыванием людей близ ее логова. В течение весны и осени 1940 г. близ этого места все время держался некрупный тигр и следы, видимо, этой тигрицы, наблюдатели видели 8 ноября и 11 декабря 1940 г. в 30≈ 60 м от расположенного здесь барака Дальлеса, служащего кордоном заповедника. Правый берег Кемы в этом участке занят кедрово-широколиственной уремой, бывшими лесосеками, а склоны невысоких сопок ≈ более или менее чистыми кедровыми насаждениями. Справа впадает крупный приток с разветвленным бассейном около 20 км длиной. Немного ниже, также справа, впадают два небольших ключика≈Кабаний и Мудье. У устья Сяо-Кунжи стоят постройки бывшей базы Дальлеса, покинутой ранней весной 1940 г., где периодически бывали наблюдатели охраны заповедника. Левый берег Кемы на значительном протяжении представляет  крутой, местами скалистый склон, вплотную подступающий к реке; он покрыт старой гарью, занятой лиственным мелколесьем ≈ дубняком, лещиной, березой и, главным образом, осиной. По правой стороне поймы росли мощные заросли зимнего хвоща Equisetum hiemale, привлекавшие в большом количестве живших здесь кабанов и изюбрей. Большую часть времени выводок находился на правом берегу Сяо-Кунжи, у подножия сопки, в кедровнике, всего в одном километре от бараков. Тигрица была осторожна, далеко от детей не отходила, но подходила к домам, чтобы проверить, нет ли там людей, которые отсутствовали с 20 декабря 1940 г. по 9 января 1941 г., когда я с наблюдателем прибыл на этот участок. Оставив тигрят, мать на расстоянии нескольких сот метров от них задавила трехлетнего кабана-самца и привела к нему тигрят, следовавших за ней гуськом, но делавших шаги в два раза короче, чем мать, и чертивших боками снег. Размеры следов этих тигрят составляли (в см): ширина следа≈9,5, длина≈10, ширина пятки ≈7,5, длина≈7. Размеры следа самки:

(стр. 32) Путь тигриного выводка с 24 декабря 1940 г. по 15 января 1941 г. в бассейне реки Кемы у Сяо-Кунжи:
1 ≈ тропа тигрицы с тигрятами; 2 ≈ след тигрицы.

ширина≈12, длина≈13, ширина пятки ≈10, длина≈9. Когти у тигрят несравненно тоньше, чем у матери.
Кабан был задавлен в нескольких десятках метров от берега незамерзающей Сяо-Кунжи, в густых зарослях черемухи и кустарников, заваленных буреломом. Здесь была большая утоптанная площадка, совершенно невидимая даже в нескольких метрах со стороны. От нее вели тропы к воде и ложбине, расположенной рядом, как бы нарочно загороженной стволами деревьев. Здесь тигрята играли. Рядом стояло дерево, исцарапанное когтями тигрят. Всего в двухстах метрах за Сяо-Кунжи тигрица поймала поросенка и принесла его в зубах к тигрятам, причем временами он чертил по снегу сбоку от следа. В стороне следов не было и, проходя по рядом расположенной лесовозной дороге, можно было обнаружить лишь тропу, по которой был подведен к мясу выводок. Съев тут все ≈ остались лишь четыре ноги с кожей, костями и небольшим количеством мяса, череп с пятачком и частью кожи и часть хребта и ребер от кабана и задние ноги поросенка (кости и копыта с кожей), - семейство пошло на прогулку. Тигрица перевела свой выводок на левый берег Кемы, где они поднялись на крутой южный склон, занятый лиственным мелколесьем и дубняком (старой гарью). Здесь все семейство отдыхало на солнце, часто расходилось разными путями, тигрята играли, боролись, скатывались по крутому склону по снегу, бегали вверх и вниз и позже опустились опять к Кеме ниже устья Сяо-Кунжи. Там они отдыхали на берегу в зарослях кустарников и, вероятно, сосали мать. Тут же тигрица находу изловила кабаргу, и тигрята съели ее, оставив лишь два лоскутка ножи. Тигрята вместе с матерью много ходили по Кеме, валялись на берегу, всего в 400 м от бараков, затем ходили километра на два вниз по Кеме поймой и вверх на три километра косогором и поймой левого берега и, дойдя до скал у водопада, вернулись обратно. Тут же, близ бараков, но уже на правой стороне Кемы в кедровнике, на старой лесосеке, примерно 6≈7 января, тигрица задавила бычка изюбря. Изюбрь был убит на чистом открытом месте и был перетащен более чем за десять метров к валежинам. Под валежиной обнажена земля, на которой лежал тигр. Кругом очень много следов, а метрах в пятнадцати большая, сильно утоптанная площадка, скрытая со стороны зарослями и стволами лежащих деревьев, где много прутьев и веток перекусано тигрятами. Здесь тигрята играли, а мать кормила их молоком. Также перекусаны тигрятами ветки у места, где 9 января был задавлен изюбрь. Когда я обнаружил изюбря и находящихся близ него тигров, туша была съедена примерно наполовину. Ночью тигры пришли вновь, а утром 10 января я осмотрел мясо подробно. От изюбря оставалась голова, четыре ноги с обгрызанными костями, одна задняя ляжка и часть спины с одной стороной ребер. Все остальное было съедено; рядом лежала обгрызанная лопатка, а метрах в 5≈6 три кучи испражнений, принадлежавших, судя по размерам, видимо, самке. Изюбрь был задавлен в 40≈50 м от дороги и в 400 м от базы Сяо-Кунжи. Выводок, отпугнутый от остатков изюбря, ушел к сопке между ключами Мудье и Хуймо. Самым замечательным было то, что в непосредственной близости от выводка жило несколько табунков кабанов и кабанов-одинцов, несколько изюбрей, и тигрица, охотясь за ними, не распугивала их, добывая зверей не далее 500 м от покинутого вьводка. Видимо, ночные охоты давались тигрице с исключительной легкостью и без всякого шума. Так, я видел спокойно пасущихся свиней и поросят в полукилометре от выводка тигров. Выводок в миниатюре  повторял действия одиночного взрослого тигра. После пожирания добычи в течение нескольких дней они совершали прогулку на несколько километров следом за матерью по гарям и крутым южным склонам на левом берегу Кемы, а затем вновь возвращались на правый берег Кемы в кедровник, ниже устья Сяо-Кунжи, под сопку. На примере этого выводка я смог убедиться, насколько трудно обнаружить тигрицу с тигрятами на огромной территории заповедника, при изобилии копытного зверя, когда с 24 декабря 1940 г. по 15 января 1941 г. они обитали на пространстве менее 5Х3 км, не давая следов в стороны. 9 февраля выводок был обнаружен вверх по Сяо-Кунже в 12 км от места, где был первоначально обнаружен. Тигрица с тигрятами более старшего возраста, естественно, ходит на большее расстояние.
Тигры не всегда ходят и охотятся в одиночку. Мы смогли отметить в 1940 г. в Кеме трех молодых тигров, ходивших вместе, а по словам тигролова А. Г. Козина с р. Даубихэ, прежде, когда тигры на Дальнем Востоке были многочисленнее, наблюдались стада тигров по 7-13 особей, видимо, состоявшие из нескольких, соединившихся вместе, выводков.
Тигры очень охотно преследуют лосей, что объясняет появление их в зимы 1937≈1938, 1938≈1939 и 1939 ≈ 1940 гг. в верховьях Арму и Колумбэ в районах концентрированных зимовок этих копытных. Очень возможно, что в связи с сокращением количества кабанов после 1935 г., некоторые отдельные особи специализировались за эти годы на других видах копытных.
Рябчиков тигры, так же, как и рыси, ловят, подкрадываясь и схватывая их в лунках, в снегу, где они ночуют.
В среднем, по моим данным, один взрослый тигр убивает и пожирает в год около 30 крупных зверей по 100 кг (3000 кг живого веса) или соответствующее по весу количество других животных. Выводок, за которым я вел наблюдения в заповеднике, состоял из тигрицы и трех тигрят, и за 20 суток съел 280 кг мяса (изюбрь ≈ 150 кг, кабан ≈ 100 кг, поросенок ≈ 20 кг, кабарга ≈ 10 кг). Приведенную цифру можно принять за средний размер рациона в течение всего года, так как в дальнейшем он прогрессивно увеличивается, а ранее был меньше. Это составляет 420 кг в месяц или 5040 кг в год и соответственно на одного члена семьи ≈ 105 кг в месяц и 1260 кг в год.
Одиночные тигры всегда бывают жирнее, с большими отложениями жира, расположенными не на спине, а на брюхе и в пахах, в полости тела и в толще мышц. Перетопленный жир тигра≈совершенно белый с слабым специфическим "тигриным" запахом, по точке плавления сходный со свиным.
Количество тигров, имеющееся на обследованной территории, безусловно, не оказывает никакого отрицательного влияния на естественный прирост кабанов пли других крупных копытных. Из приведенного расчета видно, что все тигры, обитающие здесь, поедают не более 300≈400 крупных зверей, в то время, как только в заповеднике общее поголовье кабанов, изюбрей, лосей и медведей превосходит 10 000 голов. Быстрый и неуклонный рост поголовья кабана с 1935 г. в заповеднике нам это ясно подтверждает.

Тигры на восточных склонах Сихотэ-Алиня

Во время первых экспедиций В. К. Арсеньева с 1902 по 1910 г.  тигры встречались по обоим склонам горной страны в южном, среднем и северном Сихотэ-Алине, по крайней мере, до Самарги в приморской части и даже севернее. До 1914≈1916 гг. тигры встречались  по восточным склонам в районе современного заповедника до самого моря и в это время добывались здесь. По сообщению И. Г. Лабецкого, старого охотника, живущего в Тернее с 1910 г.. тигры в этот год и в последующие 1911≈1912 гг. были многочисленны до самого берега моря как в районе современного заповедника, так и дальше на север, вплоть до реки Самарги, но там уже были менее обычны. Количество копытного зверя тогда  было очень велико и при зимних охотах по р. Санхобэ ежедневно удавалось видеть свежие следы тигров, а старые следы и тропы встречались буквально всюду, по всем ключам и речкам, и не редки были случаи встречи с самими зверями. В эти годы И. Г. Лабецкий совместно с тунгусом-охотником Дьячковским охотились за тиграми с помощью настороженных луков и за, короткий срок им на стрелы попало пять тигров, из которых четыре погибли,  видимо, два из них были съедены тиграми же и ни один из них взят не был. С 1910 по 1915 г. количество тигров на восточных склонах быстро убывало, и с 1916 г. их здесь практически не стало. За это время по Санхобэ было убито, кроме погибших от стрел, четыре тигра: из них один самец вверх по Сице ≈ И. С. Куклиным, один в 6 км от моря ≈ местными жителями, одни по р. Туньше у ключа Фаты≈охотниками Полчковым и Р. Деревниным. Последнему из охотников раненый тигр покусал руку, за что он получил прозвище  "тигриные объедки", сохранившееся за ним и поныне.
Последний тигр в Тернее был убит в 1915 г. Дьячковским, И. Г. Лабецким и И. С. Куклиным близ слияния Сицы и Туньши. Это был взрослый самец, крайне истощенный, с высохшей мускулатурой и совершенно пустым желудком и кишечником. Он подходил к ловушкам и охотничьим баракам, пожирал колонков, пытался ловить собак.
В 1914 г. была убита тигрица и пойманы маленькие тигрята по р. Такеме; убивали тигра в Белимбэ,  добывались звери к югу и северу от современной территории заповедника, но количество убитых было не так велико, чтобы повести к уничтожению достаточно многочисленного в те годы в Приморье тигра.
1914 г., благодаря   исключительной мощности снегового покрова (100≈150 см), был критическим в жизни копытных среднего Сихотэ-Алиня, особенно кабана и изюбря ≈ основных объектов питания тигра. Поголовье кабана погибло почти полностью, и в течение 3≈4 лет после большого снега этот зверь был крайне малочисленен. Сохранились лишь немногие наиболее сильные особи, пожиравшие в снежную зиму своих же, более молодых и слабых собратьев. Изюбрь, видимо, сам не погибал, но поголовье его интенсивно истреблялось охотниками, убившими много зверя только из-за хвостов и выпоротков (эмбрионов). Так, в Джигите было убито около 1500 изюбрей, в Тавайзе, близ Тернея, только два охотника Седымов  и И. Сахалинец убили 200 изюбрей и поймали живьем 16 взрослых быков.
Резкое сокращение объектов питания для тигра после 1914 г. не могло не сказаться на его обитании и исчезновении здесь в дальнейшем. Добыча Дьячковым и Лабецким крайне истощенного взрослого зверя в 1915 г., весившего всего около 70 (!) кг, при нормальном весе в 200 √ 250 кг, возможно, также должна связываться со снежным 1914 г. В том же 1915 г. И.Г. Лабецкий находил в лесу мертвых истощенных рысей.
Одновременно следует напомнить, что примерно в 1913 г. в Уссурийском крае (по Даубихэ) охотники отмечали массовую миграцию тигров, определяя ее направление из Маньчжурии в Сихоте-Алинь.
После восстановления численности копытной дичи, промысловое освоение морской стороны Сихотэ-Алиня препятствовало заселению ее тигром, ставшим малочисленнее. Но несомненно, что тигры на восточных склонах исчезли до того, как эти склоны были освоены охотниками.
С 1916 г. тигры, как постоянные обитатели, совершенно исчезли на приморской стороне. Они лишь изредка забредали в самые верховья речек, впадающих в Японское море с западных склонов, где тигры сохранились до настоящего времени. Так, в 1924 г. отмечен тигр в верховьях Туньши (приток Санхобэ) по ключу Кошкину, в 1929 г. в Такме по Таратую и Тенигузе; вплоть до организации заповедника отмечались почти каждую зиму заходы одиночного тигра в верховья Санхобэ≈Сица, где он также отмечался в 1935≈1936 и 1936≈1937 гг., и заходил в начале ноября 1940 г. и в феврале 1941 г.
В чем же причины, что тигры, покинув восточные склоны Сихотэ-Алиня, продолжали обитать на западных. Объяснение надо искать в характере охотничьих угодий и в степени их освоения. Восточные склоны имеют небольшое протяжение, береговая населенная полоса отдалена от перевала, не более чем на 60≈80 км, имеет хорошие условия для транспорта (вьючные тропы, чаще малоснежные зимы, заливаемые наледями реки, т. е. без снега), а главное, большие площади высококачественных кедровников ≈ основных беличьих и кабаньих угодий,  всего на 5≈10 км не доходящих до Сихотэ-Алиня. Восточный склон одновременно был наиболее близким и легким путем к основным соболиным угодьям главной оси Сихотэ-Алиня и верховьям западных склонов. Западные же склоны представляют собой широкую полосу ельников, доходящую до 50 и 100 км; кедровники растут только по р. Иману (также Бикину и др.) и низовьям его притоков; охотничьи угодья от крупных населенных пунктов удалены на 150≈200 км; транспорт возможен только на лодке или нарте.
Каждая из рек, впадающих в Японское море, вмещала на своей территории до сотни и более охотников, и в беличьи годы кедровники наполнялись ружейной канонадой и собачьим лаем. Особенно усилилось   охотничье  освоение   угодий  с 1924 г. в связи с организацией на восточных склонах государственных лесозаготовок, при которых в глубь тайги на 60  и  даже  более  километров    по каждой    из  рек  были    проложены дороги, организованы  базы  и  разные постройки, что, в свою очередь, вызывало пребывание в районе каждой из рек около 200 человек в зимнее и летнее время. Лесозаготовки были более обособлены, чем сотни или более охотников, производившие за один осенний сезон не менее 50 000 выстрелов, но движение людей и деятельность их, связанные с лесными работами, неизбежно вызывали некоторое отпугивание зверя вообще, а тем более такого редкого и осторожного, как тигр.
На западных склонах, на территории современного заповедника,  лесозаготовок, за исключением одного 1931 г., не было, и нет. К 1940 г. на территории заповедника, за исключением одного участка≈ ключа Серебряного, притока Сицы≈Санхобэ, лесозаготовки были прекращены.
При промышленном освоении западных склонов в 1930 г. в низовьях Колумбэ возникли два крупных поселка с тысячным населением и многими сооружениями, но они расположились так компактно, что при организации заповедника были выделены из его границы вместе с окружающей их тайгой и, как видно из выше изложенного, тигры уживались с близостью этих поселков.
Широкая полоса ельников, наиболее отдаленная и глубинная часть тайги, посещалась только соболевщиками и то в годы интенсивного промысла соболя (1920 ≈ 1932). Промысел этот почти не вызывал шума в тайге. Существовавший прежде плашечный промысел китайцев, широко распространенный в тайге, возводил в традицию все работы, связанные со стуком (заготовка и рубка дров, изготовление плашек, насторожек, изгородей на кабаргу и прочее), делать летом, чтобы в сезон охоты совершенно избегать на участке шума, который, якобы, отпугивает соболя, колонка, белку.
Тигры с момента своего исчезновения с восточных склонов с 1916≈1920 гг. были вытеснены интенсивным освоением тайги в наименее посещаемые людьми ельники, пространственно приуроченные именно к западным склонам Сихотэ-Алиня. А так как хищник этот к тому времени уже был сильно истреблен и редко встречался, то сохранившиеся особи обитали в верховьях Имана и других притоков Уссури, почти не появляясь на морской стороне. Возможно, что летом они бывали там, где зимой появляться не решались.
Жизненные условия на восточном склоне особенно благоприятны для копытных. Это объясняется обильной кормовой массой, даваемой растительностью (в границах заповедника) и вообще воем экологическим комплексом. Поэтому плотность заселения восточных склонов основными видами копытных ≈ кабаном и изюбрем ≈ значительно выше, чем на западных. Это, естественно, создавало наиболее благоприятные условия и для тигра.
Орографические и климатические условия обоих склонов в среднем Сихотэ-Алине также неодинаковы. Морская сторона характерна более высокими и крутыми горами и более теплой зимой с меньшей средней глубиной снегового покрова, чем на западных склонах.
Состояние снегового покрова на обоих склонах соответственно различно: на восточных склонах, под влиянием более теплой зимы и яркого южного солнца, небольшой снеговой покров на крутых южных склонах, где обитают изюбры, твердеет, оплавляется и становится жестким уже с начала зимы, в то время как на западных склонах, при мягком рельефе и более низкой температуре, снеговой покров, достигающий редко менее 50 см, остается мягким до начала или середины марта. Эти различия в состоянии снегового покрова могли влиять на тигра и прямо, чисто механически, и косвенно при его охотах за копытным зверем. По прежним наблюдениям натуралистов   (Пржевальский) и по более поздним   данным   (Ю. А. Салмина и нашим), известно, что уссурийский тигр часто получает на  подошвах лап повреждения (трещины, потертости), происходящие от длительной ходьбы по снегу. Кровь из лап выступает чаще у самок и иногда по этому признаку охотники определяют пол зверя, хотя  скорее надо ожидать повреждения у одиночных зверей, совершающих большие переходы. Зимой я встречал кровь на следах почти всех тигров, как самцов, так и самок. Подобные повреждения могут появляться скорее на жестком, сплавленном солнцем снегу, чем на мягком и глубоком. Одновременно подкрадывание к добыче, в особенности к одиночным особям копытного зверя, опять-таки легче в мягком и глубоком, чем в жестком и мелком снегу, хотя последнее несущественно и в многоснежные зимы разницы в состоянии снегового покрова почти нет.
Мощность снегового покрова (в хвойных насаждениях средней полноты) в 1940 г. к концу зимы была следующей:

Устья Колумбэ ........ 36 см
Устья Анхезы ........ 25 "
Верховья Колумбэ ....... 35 "
Верховья   Арму-Нанцы  (Сихотэ-Алирь)   ........... 40 "
"Санчаза" развилки Арму .... 35 "
Устья ключа Байлазы по Арму . . 55 "
Устья Арму ......... 60 "
р. Татибэ  ....... около 55 "
Следует отметить одну особенность распределения снегового покрова на Имане. В то время,  как в районе низовий Татибэ, Арму, Та-Синанчи толщина слоя снега ежегодно достигает 50 и белее сантиметров и всегда требует употребления лыж, в районе Лючихезы и Анхезы, по крайней мере, в течение последних десяти лет (с 1929 г.), с момента основания поселка в Лаулю,  жители  которого  охотились вверх по Иману, глубина снега ни разу не превосходила 20≈25 см и позволяла обходиться всю зиму без лыж.
На всем восточном склоне,  исключая полосу 5≈10 км к востоку от Сихотэ-Алиня, где толщина снегового покрова по мере движения вниз колебалась от 60≈ 40 до 15 см, зимой 1939 г. снега было не более 10 см, южные склоны были всю зиму голые, а у берега моря в течение всей зимы наблюдались палы (лесные пожары). Создались, по сравнению с иманской стороной, чрезвычайно благоприятные условия для зимовок кабанов, но перекочевок последних мы не наблюдали.
Зимой 1940≈1941 гг. была многоснежной. К 12 февраля 1941 г. ≈ сроку окончания нашего второго "тигрового похода" по заповеднику, когда снеговой покров, вероятно, еще далеко не достиг своей полной мощности,≈в полосе кедровников восточных склонов глубина его составляла от 40 до 50 см, а на хребтах высотой 600≈700 м над уровнем моря≈60 см. К 10 марта в 25 км от моря в гарях глубина снега доходила до 85 см.
Зимуя ежегодно с 1937 г. в глубинной части заповедника, в верховьях западных склонов, мы имели возможность наблюдать, как после установления тишины и безлюдья на заповедной территории тигры последовательно расширяли свой местный ареал и осваивали угодья, не занимаемые ими раньше. В феврале 1938 г. я видел следы одиночного тигра, охотившегося за лосями всего в нескольких километрах от перевала в восточный склон, в верховьях Нанцы ≈ притока Арму, где, по словам местных охотников, следов не видели очень давно ≈ лет двадцать. В декабре 1938 г. мне снова удалось отметить следы одиночного тигра в верховьях Нанцы, причем на этот раз он спускался дней на пять, в верховья Та-Кунжи,  притока Кемы, и вновь ушел вниз по Нанце. В то же время я встретил следы одиночного тигра в верховьях Колумбэ, где, по словам охотников, зимой тигров не было также очень давно. В январе 1939 г. в верховьях Нанцы, в 35≈40 км от Сихотэ-Алиня, мною были обнаружены следы тигрицы с тигрятами рождения 1938 г. В феврале 1940 г. по среднему течению Кемы появилась группа тигров, в том числе самка, трехгодовалые молодые и самец. Пришли они из бассейна Арму по Нанце и притокам Бейцы ≈ Дзупихэ и Чанзе; возможно, что это те самые звери, следы которых, еще маленьких, я видел в начале 1939 г. Как удалось установить еще в 1940 г., некоторые звери, появившиеся на восточных склонах, продолжали ходить и по своим прежним владениям на западных склонах. Так, придя с Ф. А. Козиным в верховья Арму-Нанцы со стороны Имана (по Колумбэ) 25 февраля 1940 г., мы обнаружили, что между 22 января и 6 февраля в Та-Нанцу по тропе спустился одиночный крупный тигр. Ниже по Арму мы встретили его следы в двух направлениях, причем последние явно относились к началу февраля. Исследованиями 1941 г. подтвердилось, что отдельные звери, покидая пределы заповедника, совершают громадные переходы по восточным и западным склонам, но с зимы 1940 т. тигры стали обитать на восточных склонах постоянно (по среднему течению бассейнов Кемы и Белимбэ).
Наблюдатели охраны Кемского участка, совершив маршрут с Ясной Поляны до берега моря 15 декабря 1939 г.  и маршрут от Кемы по Танце до верховий Нанцы, притока Арму, 22 января и находясь на базе Дальлеса у устья Сяо-Кунжи (в 46 км от моря), до 26 января 1940 г. следов тигров не видели. Прибыв 12 февраля на Сяо-Кунжу, они 16 числа выехали вверх на Ясную Поляну и первые следы тигра увидели на 55-м км от моря выше большого кемского водопада. Здесь молодая самка опустилась льдом и ушла обратно; выше по льду было много следов шагов рыси и прыжков и отпечатков тел валявшихся на снегу трех зверей, ходивших вместе. Следуя дальше вверх по Кеме на санях, немного ниже Тенигузы, на левом берегу Кемы у ключа Изюбриного на крутом обнаженном от снега косоторе наблюдатели заметили двух убегающих прыжками зверей, которых приняли за волков. Оставив коней на льду, наблюдатели забежали в. устье ключа Изюбриного (вне заповедника), долина которого в этом месте представляет узкий каньон в крутых склонах. Неожиданно В. Е. Спиридонов увидел в 12 м от себя стоящего на косогоре тигра, спокойно смотревшего на него. Двумя выстрелами из винтовки Энфильда 303 В. Е. Спиридонов свалил, а затем добил зверя в голову. Это был трехгодовалый самец. В то время как два первых тигра находились на горе, но, заметив людей, бросились бежать, самец, шедший по их следам, отстал и находился в ущельи ключа, где не мог видеть и слышать приближения людей. По доверчивости поведения этого тигра можно предположить, что он еще не встречался с людьми, а вырос в глубинах заповедника в верховьях Арму≈Бейцы.
Это были те три зверя, следы которых отмечались у водопада; два из них были меньше, а убит был более крупный. Это были или все три молодые трехгодовалые или одна из них взрослая тигрица, так как позже они ходили следами саней, на которых был увезен убитый тигр. Эти три зверя спустились по Правому Ахтэ, сойдя на лед Кемы у горелого носка между Правым Ахтэ и Тенигузой.
Следуя вверх к Ясной Поляне того же 16  февраля, наблюдатели обнаружили примерно недельной давности след крупного тигра (вероятно самца), вышедшего с правого берега Кемы выше Правого Ахтэ и ушедшего льдом вверх до Ясной Поляны. Двумя днями позже, 18 февраля, этот же зверь опустился с Ясной Поляны по реке, идя по санной дороге, и ушел на левый берег Кемы в районе Тенигузы. В это время несколько крупных стад кабанов перешло с правого берега Кемы на левый, и тигр ушел следом одного из них. В тот же день немного ниже устья Правого Ахтэ вышли два тигра, один больше, другой значительно меньше, и ушли вместе также следами кабанов на левый берег Кемы.
В феврале 1940 г. в среднем течении Кемы появилось, по определению наблюдателя В. Е. Спиридонова, сразу шесть тигров, из которых один был убит. В марте 1940 г. по Кеме замечались одиночные переходы некрупного тигра через Кему ниже заповедника и на границе его (в 27≈40 км от моря), а близ большого водопада на 54 км свежих следов не было. В апреле следы были отмечены у базы в Сяо-Кунце, а в течение лета следы тигров отмечались по Кеме в "Воротах" и Чейтлиновой пади, т. е. всего в 10≈12 км от моря. Наблюдатель В. Е. Спиридонов отметил в сентябре следы тигров на тропе в районе Тенигузы и Ахтэ, а геологоразведочная партия под начальством В. К. Елисеевой, работавшая в заповеднике, видела следы по Такунце, по ключу Сухому и у развилок в 22 км от Кемы. В это же время бывал тигр и по Чиме, притоку Кемы. Наконец, в октябре 1940 г. тот же В. Е. Спиридонов встретил следы тигра по р. Белимбэ, по ключу Справцеву, выше ключа Малиновского, впадающего слева в 20 км от моря. В это же время та же геологоразведочная   партия видела следы вверх по Белимбэ от ключа Четвертого до Золотого и выше.
Летом тигры расширяли здесь свой местный ареал, но осенью и зимой отступили вглубь, почти не выходя из пределов заповедника, граница которого проходит здесь в 36≈44 км от моря, т. е. как раз по полосе кедровников.
Зимой 1941 г., как уже указывалось выше, я обнаружил в Кеме тигрицу с тремя тигрятами в возрасте нескольких месяцев, живших близ устья Сяо-Нунцы, и взрослого самца, совершавшего переходы по Арму (Бейце и Нанце), по Колумбэ и Белимбэ. но главным образом по Кеме, где он ходил от Чимы до верховьев Кемы, по Куймо, Сяо-Кунце, Такунже, ≈ притокам Кемы, и его путь время от времени проходил близ местонахождения выводка (см. схему на стр. 32); кроме того пара тигров, ходивших вместе, отмечена в Белимбэ.
Появление постоянно обитающих тигров на восточных склонах среднего Сихотэ-Алиня, где они отсутствовали не менее 20≈25 лет, ≈ результат существования заповедника, сказавшийся уже через пять лет после его организации.

Отношение и человеку и домашним животным

В верховьях Имана тигры обитают в непосредственной близости от населенных пунктов. Здесь расположен против устья Колумбэ большой поселок Сидатун. Недавно, еще до 1937 г., в 15 км вверх по Иману, существовал поселок Верхний Хутор (Хунтун), где теперь расположены несколько пустых домов заповедника и громадные покосы. На правых нижних притоках Колумбэ имеется два крупных населенных пункта, где живет несколько тысяч человек, а на самой Колумбэ, в 9 и 15 км от устья, находятся две перевалочные базы "Сопливая сопка" и "Нижний склад". Все эти пункты, расположенные друг от друга на. расстоянии 8≈10 км, в зимнее время соединены постоянно оживленными саннымн дорогами, зимой и летом здесь раздаются фабричные гудки и оглушительные взрывы, производимые при добывании руды. Эти звуки слышны в радиусе до 40 км. Тигры часто пересекают дороги, даже и в дневное время, или проходят по санным дорогам, а летом по тропам. В летнее время 1939 г. один тигр был дважды встречен днем на тропе близ "Сопливой сопки" и наблюдался на. расстоянии 20≈30 м один раз младшим наблюдателем заповедника Ф. А. Козиным, а вторично ≈ заведующим участком т. Дидюком. Эти звери, видимо, уже привыкли к близости населенных пунктов и к людям и не обращают на них внимания.
Небольшая тигрица в ноябре 1939 г. зашла в открытую дверь пустого дома в Верхнем Хуторе, а выскочила через окно (сообщено И. Трофимовым, жителем Лаулю). Летом Ф. А. Козин нередко видел следы тигра, проходившего по улице среди домов пустого Верхнего Хутора. Крупный самец 1 февраля 1940 г. прошел среди дня на виду у всех в полукилометре от домов Верхнего Хутора по покосу, пашне и сеновозной дороге.
Тигры, появившиеся на восточных склонах в Кеме, очень часто держались близ старой базы Дальлеса у Сяо-Кунжи и подходили на 60≈30 м к домам, когда там жили наши наблюдатели, а в их отсутствие даже заглядывали в окна. Они проходили мимо старых бараков по Та-Кунже, которых звери вообще перестали бояться, а изюбри даже входят в них. Самец-тигр смело прошел по льду мимо стоящих на берегу Кемы построек на Ясной Поляне, сооруженных в 1938 г., 24 января 1941 г., а когда я там жил, 29 января 1941 г. он лишь обошел их в 100 м от берега. Наконец, выводок, за которым я вел наблюдение, жил всего в полукилометре от обитаемых бараков. Летом и осенью близ этих бараков паслись кони наблюдателей, и тигры, находившиеся тут же, не трогали их, хотя в ночь на 8 ноября 1940 г., например, выпал снег, а утром В. Е. Спиридонов видел следы тигра, ходившего по конским следам. Летом и осенью 1940 г. геологоразведочная партия, работавшая в Та-Кунже и Белимбэ, пасла своих коней в тайге, где тут же держались тигры, не пытавшиеся даже совершить нападения. Только в сентябре 1940 г. близ Правого Ахтэ лошадь наблюдателя Спиридонова, учуяв близость тигра, была так напугана этим, что без остановки пробежала 20 км до базы у Сяо-Кунцы.
На протяжении но крайней мере двух десятков лет на Имане, равно как и по всему Дальнему Востоку, не было ни одного случая нападения тигров на человека; случаи похищения домашнего скота были крайне редкими и возможными только в густо населённых и бедных диким копытным зверем местностях. Нападение тигров на человека в настоящее время относится в области истории, так как представители современной популяции тигров, часто соприкасающихся с людьми, очень осторожны и избегают с ними прямой встречи. И раньше, когда тигры были обыкновенное, подобные случаи были крайне редки и происходили лишь во время массовых миграций зверей из Восточной Маньчжурии в Уссурийский край, при прохождении по густонаселенным и бедным дикими  животными местам. Так было в 1913 г., когда, по словам А. Г. Козина, была "ходовая тигра из китайщины". Указание о миграции тигров и их направлении приводится у В. К. Арсеньева: "По его (т. е. Дерсу), словам, лет двадцать назад (в 1886 г. ≈ Л. К.) две зимы подряд тигры двигались от запада к востоку. Все тигровые следы шли в этом направлении. По его мнению, это был массовый переход тигров из Сунгарийского края в Сихотэ-Алинь". Но тигр, пожалуй, меньше всех крупных наземных млекопитающих нашей фауны боится человека и, не подвергая себя опасности, иногда ведет себя крайне дерзко, что однако не опасно для человека.
Даже во время ловли тигрят, при отнимании детей от матери, тигрица не нападает на человека. На русском Дальнем Востоке с 1911 г. неизвестно ни одного несчастного случая при ловле тигров, хотя за это время изловлены сотни выводков.
Только К. Плятер-Плохоцкий (9) сообщает, что в 1931 г. у ст. Архара (бассейн Буреи) тигр похитил кореянку с ребенком. Однако, источника информации этот автор не указывает.
Реальную угрозу для жизни человека тигр представляет лишь: 1) при преследовании раненого и залегшего зверя; 2) при подходе к поставленному собаками зверю; 3) при нечаянном приближении на близкое расстояние к маленьким тигрятам; 4) при неосторожном иди нечаянном приближении к тигру ночью. Ночью тигр гораздо смелее и ведет себя по отношению к человеку более дерзко.
Единственное домашнее животное, погибающее здесь от зубов тигра, это охотничьи собаки. На тигра идут лишь немногие собаки, только из хороших зверовых отродий лайки. Попав на свежий след тигра, такая собака устремляется по нему так же, как и по следу любого другого зверя. Тигр, обладая очень острым слухом, обонянием и зрением, издалека  слышит приближение собаки и залегает. Приблизившуюся собаку он мгновенно схватывает неожиданным прыжком и умерщвляет. При таких обстоятельствах иногда гибнут хорошие зверовые собаки у охотников. Так, в декабре 1938 г. в Сяо-Синанче погибли очень хорошие кобель и сука, принадлежавшие А. А. и Ф. А. Козиным, а в декабре 1939 г. в верховьях Арму-Нанцы ≈ привезенный мною из Западной Сибири и принадлежавший мне кобель.
Собака, которая успела обнаружить тигра прежде, чем он бросился на нее, уже трудно уловима для тигра. На этом основана охота на взрослого тигра с собаками. Охотники идут следом тигра, ведя собак на поводках и, дойдя до совершенно свежих следов зверя или спугнув его с добычи, поднимают стрельбу вверх. Ружейных выстрелов тигр боится и бросается в бегство. В это время отпускают собак, они догоняют тигра находу и, не приближаясь близко, останавливают его, после чего подходят охотники и стреляют зверя. Подход должен быть очень осторожным, так как тигр, заметив человека, уже не обращает внимания на собак и стремительно бросается на охотника, и отразить нападение бывает очень трудно.
Прежде, когда тигров на Дальнем Востоке было больше, известный охотник-тигролов А. Г. Козин убил при охоте с собаками несколько взрослых тигров. Вообще же взрослые звери в основном добываются настороженными ружьями, что отмечает и Ю.А. Салмин. Иногда, обычно ночью, тигры похищают собак прямо от охотничьего лагеря или у избушек. В 1936 г. осенью в верху Имана одна тигрица, после того как у нее были взяты тигрята "под Чупом", вела себя очень дерзко. Первоначально она была поднята вечером собакой Ф. А. Козина около Анхезы и после неудачного выстрела ушла, а затем, уже в сумерках, несколько раз пыталась безуспешно схватить эту собаку; под покровом темноты и чащи леса она приближалась при этом к охотнику, на небольшое расстояние, но никаких агрессивных намерений не проявляла. Она ходила следами людей и вторично, пытаясь в течение ночи поймать одну из собак у братьев Козиных, ночевавших в избушке у устья Анхезы. Она всю ночь пробыла у избушки, (собаки были взяты внутрь), и приближалась к ней менее чем на 200 м, протоптав на этом расстоянии целую тропу.
Обычно тигры, и в том числе те звери, с которыми мне приходилось встречаться, при виде человека (разумеется, не с глазу на глаз, что бывает крайне редко), или не обращают на него внимания, или двигаются некоторое время из любопытства следом, или пересекают два-три раза его путь, пытаясь обойти и незаметно рассмотреть из чащи, и уходят своей дорогой. Длительное преследование человека по следу, обычно вызывается присутствием собаки. Раненный мною зверь, встреченный затем ночью на открытом месте (на льду реки), поспешно скрылся в лес, не проявив никаких агрессивных намерений.

Следы тигра и волка на снегу. Река Кема. 1941 г. (фото автора).

Тигрица, потерявшая тигрят, особенно молодого возраста, следует за людьми, унесшими их, но многолетний опыт этой охоты, как указано выше, не отмечает ни одного несчастного случая.  Двухлетних или более старшего возраста тигрят тигрица покидает сразу и после их поимки больше за ними не возвращается.

Взаимоотношения с другими хищниками

По словам А.Г. Козина, в тех местах, где появлялись тигры,  волки исчезали, так как первые усиленно охотились за ними. В Сихотэ-Алинском  заповеднике,  в глубинных пунктах горной тайги, волки в большом количестве появились на восточных склонах с 1935 г., а на западных≈ с 1938≈1939 гг. В начале зимы я мог наблюдать проходящие вверх и вниз по Колумба следы нескольких волков, но после того, как в среднем течении этой реке поселилась холостая тигрица, волки сюда больше не приходили. На р. Кеме зимой 1940 г. шедшая по льду реки снизу пара волков, дойдя до следа тигра, сразу повернула назад и ушла вниз. В этих фактах может сказаться одна из положительных ролей тигра в Сихотэ-Алинском заповеднике   для  сохранения  копытного зверя.
Зимой 1941 г., наравне с обитающими в Кеме и Белимбэ тиграми, я встретил и волков, правда, немного. Как те, так и другие, настолько малочисленны, по сравнению с огромным пространством, что они могут почти не встречаться. Я видел следы волка, шедшего по следу тигра в пяту (см. стр. 40), но охоты тигра за волком нигде не наблюдал. Волки нередко проходили по льду Кемы близ места, где находился выводок. И медведь служит пищей тигру, но одновременно приходилось отметить явление своеобразного комменсализма. Так, А. А. и Ф. А. Козины наблюдали в течение осени, уже по снегу, вверху Имана, почти непрерывно следовавшего за небольшой тигрицей очень крупного медведя. Этот зверь, видимо, подъедал остатки ее добычи. Отметив переход тигрицы, названные наблюдатели суток через двое видели отпечатки лап этого зверя, следовавшего за тигрицей. По словам иманского тигролова Трифона Калугина, такие случаи нередки. Крупный медведь, застав в отсутствие матери маленьких тигрят у добычи, иногда умерщвляет их.
Я наблюдал, что харза следует за тигром на протяжении десятков километров, вероятно, она также пользуется остатками его добычи.
Наконец, тигру у добычи всегда сопутствуют целые стаи воронов и ворон, и, едва хищник отойдет отдыхать, как они опускаются на мясо; присутствие  птиц облегчает обнаружить задавленного зверя и точно определить место,  где  лежит жертва и может находиться тигр.

(Стр. 41) Т а б л и ц а 2

Измерения тела и черепа тигра
 
Измерения Самец, 16.II.1940 г. р. Великая Кема Самка, ╧ S-34855 1938 г. Красноармейский р-н Самка, ╧ S-29664 1939 г. Нанайский

район

 Общий вес, кг.  160  145.75 99.5
Вес туши без шкуры, внутренностей, подкожного жира и внутреннего жира, кг  110.9 - -
Шкура, кг 10 - -
Сало, кг 30 - -
Внутренности, кг 10 - -
Длина тела, см 170 169 166
Высота в плечах, см 85 - -
Высота в крестце (при вытянутой ноге), см 100 - -
Хвост, см 97 88 87.5
Задняя ступня, см 34 34.5 31.8
Передняя ступня (от пятого пальца), см 18 - -
Передняя нога от локтя, см 54 - -
Задняя нога от колен, см 65 - -
Обхват запястья, см 30 - -
Ширина передней лапы, см 15 - -
Ухо, см 9.5 - -
Общая длина черепа, мм 280 285 271
Ширина скуловых дуг, мм 195 197 190
Расстояние между глазницами, мм 55 59 54
Длина верхнего клыка (от задней части альвеолы), мм 42 52.5 43
Длина нижнего клыка (от задней части альвеолы), мм 42 44 36
Длина верхнего ряда зубов, мм 65 64 64
Длина нижнего ряда зубов, мм 60 57 47

Некоторые морфологические данные

Экземпляр тигра, полученный мною, был добыт старшим наблюдателем Тернейского отдела заповедника В. Е. Спиридоновым по р. Кеме в 60 км от моря 16 февраля 1940 г. К сожалению, я его застал ободранным, а тушу изрубленной, поэтому измерений и других исследований произвести почти не удалось. Убит зверь был из числа трех молодых, ходивших вместе, видимо, трехлетних. Из них две   были самки, значительно меньшие по размерам и с маленьким следом, а убитый ≈ самец.
Привожу примеры трех тигров (табл. 2) с Дальнего Востока из коллекции Зоологического музея Московского университета (см. стр. 41).
У самца (см. табл.) зубы небольшие белые. При сравнительно крупных размерах тела обращает на себя внимание очень небольшая голова (и, соответственно, размеры черепа); это, видимо,  особенность возрастной изменчивости тигров в данном возрасте (3≈4 года). По величине тела и массивности телосложения этот, по существу, еще тигренок не уступает средней взрослой самке. Зверь был чрезвычайно упитан. Большое количество сала было расположено на брюхе, в пахах и в полости тела и всюду прослойки жира в мышцах. По виду его мясо очень светлое, напоминает средней упитанности свинину. Общий вес снятого с туши жира составлял около 30 кг. По точке плавления и консистенции перетопленного  жира напоминает свиной. Он белый, с легким специфическим запахом, несколько напоминающим кабаний.
Тигрята этого выводка, из числа которых был убит самец, самостоятельно ходить, вероятно, стали только первый год и, возможно, что добычу они сами еще не ловили, так как невдалеке держалась старая самка с маленьким тигренком. Мех сравнительно короткий, но немного лохматый, 50 мм длины на хребте и 30 мм на боках, охристо-желтого цвета, несколько более интенсивного у хребта и бледнее к брюху. По желтому полю расположены узкие и редкие матово-черные или черно-бурые полосы, числом около 15 на каждом боку, некоторые из них сдвоены, многие не доходят до середины боков. На брюхе более длинный грязновато-белый мех с темно-серыми полосами. На хвосте 9 неправильных колец, концевые с серым пятном по темному полю на дорзальной части хвоста.
Я видел два экземпляра дальневосточных тигров в коллекции Зоологическое музея Московского государственного университета, доставленные в 1939 г. Один из них был взят с нижнего Амура, другой ≈ из бассейна Уссури. Оба ≈ самки в зимнем меху; одна вполне взрослая, весом 145 кг, вторая ≈ молодая,  весила 100 кг. Оба эти зверя имеют красноватый оттенок и более ярко и интенсивно окрашены, чем молодой самец из района заповедника. В среднем Сихотэ-Алине охотники различали крупных светлоокрашенных и с длинным зимним мехом зверей, а также и меньших размеров, но с небольшим следом и с ярко и интенсивно окрашенным коротким зимним мехом. Взрослый самец, убитый зимой 1940 г. на Имане, весил 203 кг, а убитый летом 1940 г. ≈ около 240 кг. Самки значительно уступают самцам в весе, и большинство самок, убитых за последние годы на Имане, весили около 130 кг.

Шкура трехгодовалого самца уссурийского  тигра,  убитого   старшим наблюдателем Тернейского отдела заповедника В. Е. Спиридоновым 16. II. 1940 г. в 60 км от моря на реке Кеме. Шкура привезена Л.Г. Каплановым в 1941 г. в Москву (фото Д. М. Вяжлинского).

Следы тигра на грязи. Река Та-Кунжа (фото автора).
 

В зоологической литературе также имеются указания на особенно крупных, светлоокрашенных и длинношерстных тигров, встречавшихся на Амуре и в Уссурийском крае. Эти звери, вероятно, лишь крайний тип  личной   изменчивости   амурского тигра [Panthera (Punthera) tigris longipilis Fitzinger.
Размеры следов тигров, по моим наблюдениям, таковы:

1) Самцы. 1 февраля 1940 г., хутор Хунтун, верх Имана, на тонком слое снега на льду:
передняя лапа длина 17 см; ширина 18 см
пятка , . .    "   10 "     "    12 "
задняя лапа .    "   16 "     "    18 "
пятка   . . .    "   11,5"     "    11 "
шаг ........... 70≈80 "
задняя ступня   ........ 39 "

Январь 1941 г. ≈ Кема-
на дороге ≈ ширина 12 см; длина 15 см
на мягком снегу ≈ 16 X 16 "
на свежевьвпавшем снегу ≈ ширина 17 "

2) Самки. Зима 1940 г., Колумба:
передняя лапа≈длина 13; ширина 12,5≈14 см
пятка . . . . "   7,3    "        8 "
шаг ........          67≈76 "
Зима 1941 г., Кема:
передняя лапа ≈ ширина 12; длина 13 см
пятка ....     "    10    "   9 "
3) Тигрята. Зима 1941 г., Кема:
передняя лапа ширина 9,5 см; длина 10 см
пятка . . .   "    7,5       "    7 "
Размеры отпечатков тела на снегу (лентой)
Самка: длина тела с головой 175 см
"      "     палкой 170 "
длина хвоста               100 "
Самец: длина тела без головы
 (где катался)        ≈ 180 см диаметр ляжки (лежал клубком)    95 "
длина от зада до конца передних лап
≈ лежал на животе (в позе "сфинкса") 171,5 "

Выводы

Живые тигры вообще, а уссурийские в особенности, имеют огромную ценность и пользуются неограниченным спросом для зоопарков  и зверинцев Союза. Использование сохранившихся в диком виде фондов этого ценнейшего промыслового вида в настоящее время следует признать неправильным. Ничтожное количество сохранившихся  на  свободе дальневосточных тигров заметно сокращается. Весь естественный прирост практически вылавливается. Остающиеся взрослые особи достигают преклонного возраста и становятся неспособными к размножению.  Знаменателен также факт нахождения в заповеднике мертвого взрослого тигра, погибшего, возможно, от какой-либо эпизоотии. Взрослые звери, хотя и редко, также добываются и, таким образом, и без того ничтожная популяция сокращается еще более. В зиму 1939≈1940 гг. по всему Дальнему Востоку были убиты 3 тигра (в среднем Сихотэ-Алине) и поймано 2 тигренка (в Биробиджане) и в зиму 1940≈ 1941 гг. были убиты 2 тигрицы в Биробиджане.
Уссурийский тигр стоит на грани полного уничтожения. Между тем  его не только можно, но и нужно сохранить в составе дикой фауны, и это является обязанностью нашего поколения, если мы не хотим, чтобы этот зверь вошел в список только что исчезнувших с лица земли крупных млекопитающих и  дополнил длинный ряд уничтоженных человеком животных.
Правда, годовая стоимость поедаемой взрослым тигром пищи (мясо диких зверей) доходит по заготовительным ценам до 12 000 рублей, а для тигренка (до одного года) свыше  5000 рублей, но ценность тигра нельзя рассматривать только с материальной стороны; надо  принять  во внимание огромное научное и культурное значение сохранения вида в диком состоянии. Уничтожив тигра, мы ни за какие деньги восстановить его не сможем. Звери же, которыми он питается, имеются в неограниченном количестве.
В малонаселенных районах верховий Имана и других частей Дальнего Востока, а тем более в Сихотэ-Алинском заповеднике, тигр абсолютно безопасен как для людей, так и для домашних животных. Количество диких копытных в этих местностях Советского Союза настолько велико, что никакого вредного влияния на естественный прирост поголовья кабанов, изюбрей, лосей и других, наличие имеющихся тигров оказать не может: наоборот, их присутствие будет являться фактором естественного отбора, улучшающим качество стада.
Крупные хищники из семейства кошек могут быть совершенно  безопасны для человека в условиях заповедника с большим количеством диких копытных. Сказанное подтверждается практикой многих африканских заповедников и, в частности, опытом заповедника "Крюгер-спарк" в Южно-Африканском   Союзе,   где   на площади в 22000 км2 обитают сотни львов, и многочисленные туристы могут их ежедневно наблюдать на близком расстоянии.
Для сохранения и восстановления популяции тигра необходимо провести следующие мероприятия:
1) Запретить убой и вылов тигров Сихотэ-Алинском заповеднике сроком 6 лет.
2) Присоединить к охраняемой зоне заповедника участок на левом берегу Кемы от ключа Левое Ахтэ (в 65 км от моря) до ключа Фунлаза (в 42,5 км от моря) и на севере по водоразделу с Чимой, всего 20000 га.
3) Запретить убой и вылов тигров по всему Дальнему Востоку сроком на 5 лет.
Охрана тигров только в Сихотэ-Алинском заповеднике не даст требуемых результатов, так как отдельные особи постоянно покидают пределы заповедника, и только запрет охоты на тигра по всему бассейну Имана (включая р. Ваку), Бикина и на морском побережье от Тэтюхэ до Кхуцина дал бы рост поголовья в пределах заповедника. Срок запрета должен быть таким, чтобы имеющийся к настоящему моменту или имеющий быть молодняк достиг половой зрелости и в свою очередь принес потомство. При достижении тиграми половой зрелости в 4≈5 лет запрет должен быть равен 5≈7 годам по всему Дальнему Востоку.
Ознакомившись с условиями обитания тигров на Кеме в 1941 г., я убедился, что для сохранения поселившихся здесь зверей к охранной зоне заповедника необходимо присоединить участок площадью в 20 000 га на левом берегу Кемы. Заповедник здесь по правому берегу проходит в 44 км от моря, а по левому только в 65 км, получается значительный уступ, причем левым берегом Кемы охотники могут вклиниваться далеко вглубь заповедника, охватывающего далее верховья Кемы. Правая сторона Кемы в пределах заповедника большею частью занята кедровыми насаждениями и маньчжурской уремой с мощными зарослями хвоща, которые привлекают в зимнее время многочисленных кабанов и изюбрей. Левый берег ≈ крутые скалистые склоны, подступающие вплотную к Кеме, занятые гарями, лиственным мелколесьем. Одиночные тигры, пролагая свой путь по льду реки, часто заходят на левый берег Кемы. Молодые часто выходят на крутые склоны левого берега и греются на солнце, где их могут стрелять прямо со льда реки. Что опасность для тигров здесь вполне реальна, подтверждает убой одного из только что появившихся тигров зимой 1940 г.
Взрослые звери без труда могут быть добыты настороженными ружьями на льду реки в скалах у водопадов, и эта возможность уже учтена местными охотниками. Выводок, находясь у самой границы, подвергается опасности быть  выловленным или перебитым при выходе за пределы заповедника.
Участок, предлагаемый к прирезке к охранной зоне, не представляет хозяйственной ценности ни для леспромхоза, ни как промысловое  беличье и  кабанье угодье. Несение охраны при выравнивании границы значительно упрощается.
Количество взрослых тигров, могущих обитать в заповеднике без ущерба для естественного прироста и обновления поголовья копытных, может быть доведено до 12≈16 особей, которые ежегодно будут давать 2≈3 выводка (считая один выводок в 3 года на одну пару) общим числом в 5≈7 тигрят. Это количество молодняка можно будет ежегодно вылавливать, поддерживая количество тигров в заповеднике на одном уровне. При немедленном введении запрета на этот вид будет сохранен один из редчайших и интереснейших представителей нашей фауны и ценнейший объект охотничьего промысла. Тигры будут прекрасным украшением Сихотэ-Алинского заповедника и, одновременно, будут давать, по прошествии некоторых лет,  значительный экономический эффект.
По опытным данным, без угрозы воспроизводству ежегодно можно брать до 10% популяции (7).
Учет одиночных тигров в заповеднике не представляет труда  и должен быть организован ежегодно следующим образом. Во вторую половину зимы, в январе-феврале, примерно дней через десять после выпадения снега, в ясную погоду одновременно по всему заповеднику наблюдатели должны совершить  маршруты  по основным речным магистралям от границ до Сихотэ-Алиня, чтобы соединить  свои пути. При особенностях образа жизни тигров практически все звери будут таким путем обнаружены, и сопоставлением размеров и направления следов количество их будет определено. Значительно труднее будет обнаружить выводки, для этого потребуются наиболее опытные наблюдатели, а указанием места их поисков будут служить следы тигриц, часто наблюдавшиеся в том или ином районе в предыдущее время.
Для вылова зверей должны привлекаться не случайные люди, а должна и может быть сформирована постоянная  бригада тигроловов из наблюдателей и научных сотрудников заповедника, из опытных охотников, знакомых с техникой и практикой этого дела, а также  с  образом жизни тигров, и хорошо знающих заповедник и места гнездований зверей.
Взрослые звери, появившиеся в излишке в заповеднике, также не должны подвергаться отбою, что в условиях заповедника не составляет особого труда.  Как представляющие   несравненно большую ценность в живом виде, они могут быть пойманы в ловушку на живую приманку и только для крупных научных учреждений Советского Союза (Зоологического музея Академии наук ООСР и Зоологического музея Московского университета), а при наличии лишних и опасных зверей могут быть убиты для научной коллекции. Количество тигров и определение срока вылова тигрят в заповеднике должно устанавливаться только его научной частью, а разрешение на вылов выдаваться, по представлении соответствующих материалов, только Главным управлением по заповедникам, зоопаркам и зоосадам.

10 февраля 1941 г.
 Шандуйские горные озера
Сихотэ-Алинский заповедник

Приложение

Наблюдения следов тигров в зимний сезон 1939≈1940 гг. и в последующее время

(По отдельным бассейнам в хронологическом порядке)

1. Река Колумбэ и верх Имана в пределах заповедника
1. XI. 1939 г., на 24 км вверх по Иману от Сидатуна, на левой стороне следы тигра-самца.
1. XII. 1939 г., правая сторона реки Имана, на 4 км вверх от Сидатуна. След самки, идущий тропой до 15 км (до хутора Хунтун).
2. XII. 1939 г., по Иману, между хутором Хунтуном и Анхезой, на правой стороне, след самца.
21. XII. 1939 г. В вершине р. Та-Нанчи, на 72 км тропы Терней≈Сидатун, следы самца.
22. XII. 1939 г., р. Сяо-Нанче, 97 км тропы Терней≈Сидатун, следы самки, перешедший тропу на 98 км, переход тропы на 100 км, след один и тот же.
23. XII. 1939 г., по р. Сяо-Нанче, на 83 км тропы Терней≈Сидатун, след самца, идущий вниз по тропе до 107 км, на 107 км повернул в левую сторону.
23. XII. 1939 г., Колумбэ, ниже Сяо-Нанчи, след тигра, прошедшего на левую сторону Колумбэ.
Все  семь   наблюдений, - проведенных Ф. А. Козиным, относятся к следам двух особей≈самца и самки, обитавших в первую половину зимы в районе Анхезы, Лючихезы, нижних притоков Колумбэ, особенно Сяо-Наячи, Та-Нанчи и левого притока Имана, Сяо-Синанчи. В маршрут Терней≈ Сидатун Ф. А. Козин и В. К. Яровой на протяжении от 82-го км тропы до устья Колумбэ с 21 то 23 XII. 1939 г. наблюдали следы трех особей: небольшой самки, крупного самца, у которого повреждена была, видимо, ранением задняя нога, так как он ею не дошагивал и ставил несколько наискось (такие следы раньше в этом районе не наблюдались), и зверя, пол которого не определен.
Бригада П. Богачева, ходившая по Колумбэ с конца ноября и в первую декаду декабря 1939 г., отметила по Сяо-Нанче следы небольшой самки и крупного косолапого самца. Самка пришла из Анхезы и туда же ушла. Этот же самец ходил так же по Та-Нанче и ушел вверх по Колумбэ.
Бригада И. Трофимова наблюдала следы той же маленькой самки в конце ноября и в начале декабря в районе Лючихезы, Анхезы и низовья Сяо-Синанчи на Имане; ушла она вглубь заповедника в Сяо-Нанчу.
По сообщению Левченко, проживающего на Нижнем складе, в 15 км от устья по Колумбэ (перевалочная база прииска Благодатный), до 13. II. 1940 г. близ этого пункта по правому берегу Колумбэ отмечено 4 перехода тигров (последний 6. I. 1940 г.). С осени два перехода были в направлении вниз и принадлежали маленькому зверю (самке), а зимой два следа вверх принадлежали самцу.
На основании последних   наблюдений Ф. А. Козина и В. К. Ярового косолапый самец к 23.XII. 1939 г. ушел на левую сторону Сяо-Нанче к Иману, а маленькая тигрица осталась в Сяо-Нанче и, видимо, ушла вверх по правой ее развилке. Неопределенный тигр ушел на левую сторану Колумбэ, вверх по Иману.

Наблюдения Л. Г. Капланова и Ф. А. Козина
1) 30. XII. 1939 г., спускаясь по Сяо-Нанче,  встретил запорошенные следы тигра ≈ небольшой самки, шедшей по тропе после Ф. А. Козина и Ярового. Местами она  пересекала тропу. Рабочие, строившие этапную избушку заповедника на 103 км и заехавшие сюда 27 декабря, сообщили мне, что тогда этот след уже был и ушел вниз по Сяо-Нанче и за Колумбэ. Тигрица обладает небольшой лапой (ширина следа передней лапы на небольшом снегу ≈ 14 см, на льду ≈ 12 см), но старый опытный зверь (длина тела и головы по отпечаткам на снегу ≈ 170 см). В дальнейшем она уже не выходила из поля наших наблюдений до самой весны.
2) 2. I. 1940 г. свежий след той же тигрицы перешел Колумбэ ниже "Нижнего склада" с правого берега на левый (в заповедник).
3) Около 8. I. 1940 г. из-за Имана выше Сидатуна в 10 км (из бассейна Сяо-Синанчи) вышел самец средних размеров (не косолапый), прошел левым берегом Колумбэ, вышел на устье Сяо-Нанчи, перешел на правый берег Колумбэ, пройдя всего| в 200 м от "Нижнего склада" и ушел вверх по Колумбэ, где и жил зиму. Его старые следы были отмечены в конце февраля до самых верховий в Горельниках и на Больших солонцах, следы охоты за кабанами ниже Нанцы II, приблизительно в 75 км от устья Колумбэ.
4) Около 8. I. 1940 г. та же самка вышла на 94 км тропы с правого берега Сяо-Нанчи, прошла тропой, льдом и забоками в верховья правой развилки Сяо-Нанчи, перевалила в Та-Нанчу, на 78 км тропы Терней≈Сидатун, пересекла вершину Та-Нанчи и ушла в Нанчу. Всю зиму она жила в Колумбэ и по Нанче, главным образом на 35≈45 км p. Колумбэ, доходя до 75 км и до 21. II. вышла в Сяо-Нанчу справа на 111 км тропы, ушла по левой развилке Сяо-Нанчи и затем через Иман из заповедника в Сяо-Синанчу, где и проходила временами в районе 10 км от устья до моего ухода с Имана 22. III. 1940 года.
5) 1. II. 1940 г. с левого берега Имана на 12 км выше Сидатуна, из бассейна р. Сяо-Синанчи, вышел крупный самец, не косолапый (размер следа передней лапы на льду: ширина ≈ 18, длина ≈ 17, длина тела и головы по отпечаткам на снегу боле 180, задняя ступня ≈ 39 см). Очень толстый и жирный, весом примерно 15 пудов; на полознице санной дороги, где человек не оставляет следов, продавливал следы. Он пришел по долине Лючихезы у устья, ушел вверх по Иману, пересек его ниже Анхезы и ушел опять в Сяо-Синанчу, пересек ее справа налево на 20 км от устья.
6) 4. VII. 1940 г. на 7 км р. Имана след тигра (Ф. Козин).
7) 19. IX. 1940 г. на 17 км р. Имана (выше верхнего Хутора) в 3 часа дня на правом берегу видел тигра два раза (Ф. Козин).
8) Летом 1940 г. старший наблюдатель Е. Беседин видел следы тигра в среднем течении Сяо-Нанчи на тропе Терней≈Сидатун.
9) Летом 1940 г. золоторазведочная партия по р. Колумбэ видела следы тигра в районе 40≈50 км от устья pp. Нанцы и Бейцы.
10) 12. XII. 1940 г. в 12 км от Сидатуна  на тропе Терней≈Сидатун отмечены следы средних размеров тигра, шедшего вниз (Л. Г. Капланов).
   11) В течение лета 1940 г. одна тигрица держалась все время в районе Верхнего Хутора, а видимо, другая с маленьким следом ≈ по среднему течению Колумбэ (Ф. А. Козин).
12) Зимой 1940 г. отмечены три перехода тигров у Лючихезы через Колумбэ и по Сяо-Нанче (Е. Беседин).

II. Арму
1) Разведочная партия горного инженера Козявкина, работавшая в заповеднике до 27 ноября 1939 г., видела один след тигра, пересекшего Арму у ключа Байлазы в сторону Татибэ. Наблюдался след не раньше первой половины ноября, так как постоянный снег лег только 8 ноября.
2) Бригады тигроловов И. Трофимова и П. Богачева, работавшие в районе Арму во второй половине декабря 1939 г. и с 12 по 27 февраля 1940 г., ни одного следа тигров не видели. В районе ключей Микула, Байлаза, Сибичах и в других, а также по самой Арму до Санчезы никаких признаков присутствия тигров не могли обнаружить и мы.
3)  Наблюдатели охраны заповедника, обслуживающие участок по Иману от с. Лаулю до устья речек Таянгоу и Куала, впадающих справа, за текущий сезон следов тигров там не видели.
4) 25. II. 1940 г. в верховьях Нанцы, притока Арму, отмечена тропа крупного тигра. Пол его определить было невозможно, так как след засыпан, но, видимо, самец. Тропа шла от перевала в Та-Кунжу и вниз по Нанце на 40≈50 км, не доходя левого притока Нанцы-Синцы. С 5. II. и до 19. II. зверь спускался в Та-Кунжу и затем, видимо, ушел обратно, по всем признакам в бассейн Бейцы через ключ Дэупихэ, левый ее приток. Удачно охотился за лосями в верховьях Нанцы и у верхней Сицы.

III. Татибэ
Ни одного следа тигра здесь не обнаружено.

IV. Та-Синанча
Левый приток Имана вне заповедника.
1) С осени в районе станка Синанча, на дороге Картун≈Сидатун,   наблюдателем Главпушнины т. Якубенко и  сторожем станка Козловым отмечены следы двух различной величины тигров, ходивших отдельно, видимо, самца и самки. Один след доходил почти до устья Та-Синанчи близ Санчихезы. Зимой близ станка следов видно не стало. В январе самка ходила в вершине речки и съела у одного иманского охотника убитую им дикую свинью. Один след тигра неизвестного пола шел в январе через дорогу из Та-Синанчи к Каменному перекату к Иману (сообщено старшим наблюдателем Иманского отдела Е. Бесединым).
2) 27. I. 1940 г. в верховьях Та-Синанчи местными охотниками   С.   Батраком и Н. Пекником был убит настороженным у убитого дикого кабана ружьем крупный, но не жирный самец тигр, весом 203 кг (видимо, старый).

V. Сяо-Синанча
1) В начале февраля 1940 г. след крупного самца пересек речку справа налево в 20 км от устья. (Зав. Сидатунским отделением Заготпушнины Елкин).
2) В конце марта 1940 г. небольшая самка проходила в 10 км от устья. (Житель Сидатуна удэхеец Цайлин).
3) 20 июня 1940 г. в верховьях убит старый самец. (Демчишин и Королев, с. Боголюбово, р. Вак).

VI. Иман между Арму и Колумбэ
1) По сообщению жителей с. Лаулю И. и М. Трофимовых, они в ноябре 1939 г. видели следы тигра (самки), пришедшего сверху, у каменного переката (выше Арму, в 50 км выше Лаулю). Вторично они видели следы тигра на Каменном около 15. XII. 1939 г.; следы ушли в ключ Куалу (сообщение не проверено).

VII. Иман у Иртыша и Красной речки
1) С 15. II. по 1. III. 1940 г., на участке от Сидатуна до Иртыша и Красной речки, следов тигра нет. [Житель Сидатуна Николай Келиндзяга (Цайлин)].
2) С 15. II по 1. III. 1940 г. по ключу Ороченка следов зверя нет. В верховьях ключа Шубихи были старые, засыпанные следы двух тигров ≈ самца и самки. (Охотовед Шило и охотники-удэхейцы с. Санчихезы Алексей Сигде и Иван Келиндзига).

VIII. Кема
1) До 16. II. 1940 г. по ключу Правому Ахтэ, соприкасающемуся через высокий хребет в 1600 м высотой с речкой Чанзой, притоком Бейцы Армянской, спустились на р. Кему три трехгодовалых тигренка ≈ самец и две самки. Самец был убит старшим наблюдателем охраны В. Е. Спиридоновым на границе заповедника, а самочки ушли на левый берег Кемы. В то же время крупный самец-тигр, также выйдя из Ахтэ, поднялся по речке на Ясную поляну. Следы тигра появились в Кеме впервые в 1916 г. (Старший наблюдатель В. Е. Спиридонов).
2) 18. II. 1940 г. тот же крупный самец спустился вниз по Кеме до Теникузы и ушел следами кабанов на левую сторону Кемы. В тот же день из Ахтэ вышла крупная тигрица с одним, примерно, годовалым тигренком, которая также ушла следами кабанов на левую сторону Кемы в районе Теникузы, по которым ушел самец (В. Е. Спиридонов).
3) До 18. III. 1940 г. два небольших тигра (вероятно, молодые самочки) перешли с левого берега на правый, один в ключ Мудье у границы заповедника, другой в. 27 км от моря по направлению к ключу Ильмо, правому притоку Кемы. (В. Е. Спиридонов).
4) 18. IV. 1940 г. тигр подходил к окну помещения на базе в Сяо-Кунце, Кема. (В. Е. Спиридонов).
5) В июне 1940 г. следы тигра отмечены по Кеме в 12 км от моря, у "ворот" и в Чайлиновой пади. (В. Е. Спиридонов).
6) В августе 1940 г. отмечены следы тигров в районе ключа Сухого и у развилок Таунцы в 75≈80 км от моря. (Геологоразведочная партия В. К. Елисеевой).
7) 19. IX. 1940 г. на тропе между ключами Сяо-Кунцей и Правым Ахтэ появились следы крупного и среднего тигров. В ночь на 20. IX у Правого Ахтэ тигр испугал лошадь, и она убежала за 20 км. (Старший наблюдатель Спиридонов).
8) 8. XI. 1940 г. у Сяо-Кунцы обнаружен след тигра в 60 м от жилья. (В. Е. Спиридонов).
9) 9. XI. 1940 г. тигр шел вниз до р. Чимы, не дошел, увидел след медведя и пошел за ним.
10) В начале декабря 1940 г. у р. Чимы был обнаружен след взрослого тигра, перешедшего реку с севера в устьях и ушедшего вверх левой стороной Кемы. (В. Е. Спиридонов).
11) 11. XII. 1940 г. свежие следы небольшого тигра наблюдались у Сяо-Кунжинского водопада близ дома. Тигр сошел со льда Кемы на камни и прошел к "заболу" у домов. (Наблюдатель И. Л. Косюк).

IX. Белимбэ
1) В октябре 1940 г. отмечен след тигра по ключу Справцеву, выше ключа Малинового, на  левой стороне Белимбэ, в 20 км от моря (В. Е. Спиридонов).
2) В октябре 1940 г. геологоразведочная партия В. К. Елисеевой наблюдала следы тигров выше ключа Четвертого и вверх до Перевального и выше.
3) 20. XI. 1940 г. у базы в 38 км от моря появились следы двух тигров. Звери пришли сверху рекой и вернулись обратно, подходили к домам на 30 м. (Наблюдатель А. А. Перфильев).
4) 7. I. 1941 г. у базы наблюдались следы двух тигров, ходивших одновременно. Пришли сверху и ушли вниз, один из них опускался до нижней базы в 25 км от моря. (Наблюдатель А. А. Перфильев).

X. Санхобэ-Сица
 1) 7. XI. 1940 г. на тропе Терней≈Сидатун по ключу Якова у 68-го км обнаружены следы тигра. (Наблюдатель И. Д. Попков).
2) В феврале 1941 г. у ключа Медвежьего, в 44 км от моря, отмечен след небольшого тигра, переходившего с левого берега на правый. (Научный сотрудник В. Д. Шамыкин).

XI. Бикин
По всему бассейну тигры и их следы отсутствуют уже три года. В последний раз следы самки отмечены в 1936 г. по р. Биому в верховьях; ушла она в сторону р. Хора. (А. А. Козин).

XII. Остальные части заповедника
Здесь и в прилегающих территориях следы тигра отсутствовали.

ЛИТЕРАТУРА, СОДЕРЖАЩАЯ СВЕДЕНИЯ О ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫХ ТИГРАХ

1. А р с е н ь е в, В. К. В горах Сихотэ-Алиня. Изд. Молодая гвардия, 1937.
2. А р с е н ь е в, В.. К. В дебрях Приморья. Изд. Молодая гвардия, 1937.
3. А р с е н т ь е в, В. К. Дерсу Узала. Детиздат ЦК ВЛКСМ, 1937.
4. А ф а н а с ь е в,   А.  В.   Охотничий промысел в районе хребта Дуссе-Алинь. Труды СОПС, 1934.
5. Б а й к о в, Н. А. В лесах и горах Маньчжурии. М., 1915.
6. Б а й к о в, Н. А. Маньчжурокий тигр. Издание Общ. изучения Маньчжурского края. Харбин, 1915.
7. В е r g, В. Tiger und Mensch. (О тиграх в Индии, по наблюдениям в 1933≈1934 г.г.).
8. О г н е в, С. И. Звери СССР и прилежащих стран. Т. III, М.≈Л., 1935.
9.П л я т е р - П л о х о ц к и й, К. Вредные и полезные животные в сельском хозяйстве ДВК. М.≈Хабаровск, 1934.
10. П р ж е в а л ь с к и й,  Н. М. Путешествие в Уссурийском крае в 1867 ≈ 1869 гг. М., 1937.
11. С а л м и н, Ю. А.  К биологии и промыслу тигра на Дальнем Востоке. Метод. зап. Гл. упр-ния по заповедникам, вып. VII, М., 1941.
12. Ш к л я р, Н. Г. Повесть о зоопарке. М., 1935.